Двадцатилетний Кирилл Толмацкий (он же ДеЦл) — в прямом и переносном смысле пионер отечественного хип-хопа. Он появился несколько лет назад, щупленький тогда подросток, невысокий, но и не маленький, в нелепой рэперской шапке и широких штанах. В телеэфирах он со знанием дела излагал свои взгляды на жизнь и свое место в шоу-бизнесе.
Дебютная песня ДеЦла «Кто ты?» была философским откровением для его сверстников, а первый альбом с одноименным названием получил премию «Record 2000» в номинации «Дебют года». Клипы на песни с этого диска (такие как «Слезы», «Вечеринка», «Кровь моя, кровь») на протяжении долгого времени находились в горячей ротации на радио и телевидении и долго занимали лидирующие позиции во всех национальных чартах. Общественность не замедлила обвинить ДеЦла в том, что популярность его — дутая, обеспеченная только финансовой поддержкой его отца (Александр Толмацкий — основатель продюсерской компании «Медиастар»), а сам он грубый, глупый, невоспитанный юнец с массой дурных привычек, пропагандирующий Бог знает что.
— Когда видишь все это говно, которое про тебя пишут, то невольно начинаешь думать: а зачем тогда все это? Любой другой на моем месте уже согнулся бы. Такое ощущение, что я не рэпер, а как минимум — Гитлер. Меня кругом торкают, пытаются задеть… Просто когда ты несовершеннолетний, приходится бороться, чтобы твое слово имело какой-то вес, чтобы к тебе прислушивались… Если бы изначально мне было бы лет 18, все было бы легче, спокойнее. Так мне кажется! — Вспоминает Кирилл о тех трудных годах.
— Что-нибудь изменилось с тех пор?
— Потихонечку с выходом нового альбома «Aka Le Truk» отношение людей к персонажу по имени ДеЦл начало меняться. Странно, у нашего народа несколько замораживается сознание, поскольку они не понимают, что человек может расти и развиваться. Проходит время (а оно летит достаточно быстро) и из подростка вырастает юноша. А этот промежуток времени — от 16 до 20 лет — очень важный для становления человека, в это время он очень серьезно меняется… И невозможно оставить после прошествия четырех лет стереотип о 16-летнем ребенке. Тем более что я выпустил биографичный альбом (там «разложены» 4 года моей жизни от и до… все до одной песни там про меня).
— А что-то изменила в тебе вот эта «массовая травля»?
— Наверняка что-то и сломалось во мне, но я пока этого не замечаю, может, с возрастом замечу. Действительно, то, что пережил я, будучи 15-летним подростком, никому такого не пожелаю. Да и не случится уже такого больше ни с кем в этой стране. Я был первым. Первопроходцем. На кого вылилась эта куча помойки — непонятной агрессии и зависти со стороны людей, которые не понимали, кто я и что я делаю.
— Что больше у людей вызывало раздражение? То, что ты делаешь или внешний вид?
— Скорее, моя личная жизнь, моя семья, кто мой отец… Вот эти факты. В первую очередь, то, что у меня отец — продюсер (бывший мой продюсер). Что мы, типа, богатая семья. Люди не могли поверить, что ДеЦл — реальный человек. Потому что все, что было до этого — было бутафорией. Имеется в виду шоу-бизнес.
— То есть?
— Все что существует, это — искусственные группы. Нет настоящего, нет внутреннего, нет сердца, нет души. Это сделано искусственным путем для того, чтобы продюсер зарабатывал деньги, а не артист. Но я хочу сам зарабатывать деньги, плюс к этому быть популярным, плюс к этому быть продюсером. Я понимаю, что всю жизнь не буду «стоять» на сцене: да, я буду продолжать заниматься музыкой, но уже не ее исполнением, а продюсированием или еще чем. В шоу-бизнесе существует еще много ответвлений, куда я могу уйти со временем. Но все равно это будет шоу-бизнес, никуда я из него не уйду, если хотите, у нас это — семейный бизнес.
— В нашей стране человеку, читающему хип-хоп жить небезопасно? Почему?
— У меня совсем недавно были большие политические дебаты на эту тему с серьезными людьми. Возьмем, к примеру, Америку. Там людям совершенно нормально живется уже долгое время. У них происходили только сексуальные революции. Поскольку у них устоявшаяся экономика, поскольку у них другой этап развития. У нас же все намного позже началось. У нас народ был запуган, как когда-то в свое время черные в Америке. Поэтому русские очень близки духовно к черным — они тоже верующие, тоже набожные, — этим они похожи на русских людей и принимают нас за своих старших братьев. Это к тому, почему я занимаюсь хип-хопом, рэпом.
И поскольку там все это развивалось достаточно размеренно — у них не было никаких войн, у них не было коммунизма, а была демократия. У нас же долгое время верили в светлое будущее и гнули свою партийную линию, когда ни хрена не было, когда людям не разрешали ни о чем говорить, когда ты в компании начинал рассуждать про Иосифа Сталина или политическую жизнь в стране, и тебя в течение пяти минут могли приехать и «свернуть», и больше тебя никогда не увидели бы. Плюс у нас людей ни за что сажали на десять лет, тех, которые шили джинсы или еще что-либо. Фарцовшиков.
И до сих пор у нас не развита государственная система, а только начинает развиваться. У нас до сих пор люди боятся что-то говорить, боятся действовать… в них по-прежнему живет страх… хотя давным-давно Россия — демократическая страна и такого, что было в эпоху сталинских репрессий, не будет здесь больше никогда!
Правда, молодежь наша живет уже по другим законам, и не боится всего этого, боятся взрослые, которые помнят, что удалось пережить им и их родителям. Они говорят: «Что?! Вы говорите «марихуана»?!!! Хотя в Америке все знают, что это нормально, и там разрешено носить ее чуть-чуть, и тебе ни один полицейский слова не скажет, максимум, попросит ее выбросить или выпишет штраф. Но не как у нас сажают как за изнасилование.
Почему вы боитесь говорить о наркотиках? Если вы заявляете, что марихуана — это серьезный наркотик, и после этого люди садятся на героин, и т.д. и т.п., так давайте это обсудим. Всем известно, что ФСБ занимается и этими, и более серьезными наркотиками. Почему людям не давать информацию об этом? Почему мы лишаем народ возможности высказаться?
Я и об этом говорю в своем творчестве. Я могу сказать, что взрослые люди не считают, что у меня неправильные песни. По текстам они затрагивают достаточно серьезные вопросы.
Почему в русских людях присутствует страх, что с тобой что-то случится из-за того, что ты высказал свои мысли? Это достаточно странно, потому что наша страна развивается очень быстро. У нас за пять лет происходят такие-то изменения, которые где-то происходили лет за десять. Но в нас все еще осталась трясучка, что могут в любой момент тебя «уйти» из жизни.
Я не боюсь этого, потому что я знаю, что я не плохой человек, и никакого негатива не несу. Я не нарушаю права других людей и не оскорбляю, не обижаю, не ворую, не убиваю, не насилую, а несу только позитивную информацию в массы, детям вашим или ваших друзей.
Лучше они будут слушать какую-нибудь группу SMASH!! (извините, она на нашем же лейбле — Universal Music Russia — выпускается, но я против этой музыки, так как считаю, что мальчики должны оставаться мальчиками, а девочки девочками) или меня, человека, который рассуждает, человека, который философствует по жизни, а не поет какую-то ху*** ни про что? Вот и все.
— Многие наши исполнители, Маликов, Киркоров и т.д., начали использовать читку в своих песнях. Никто из них не подходил к тебе на предмет: «Спасибо, дружище, ты открыл новые горизонты в моем творчестве»?
— Нет, это все плагиат, это все бездарность. Люди ничего нового придумать не могут, они только смотрят на чужие тенденции и выхватывают что-то для себя оттуда, то, что им не принадлежит. А так, чтобы поэкспериментировать и сделать что-то новое — у них не хватает ума.
— А как ты вообще относишься к нашей эстраде?
— Это все дутое золото, которое намного дешевле, чем настоящее. Вот я считаю, что вся наша эстрада даже не дутое золото, а дутое серебро.
— Никого достойного на нашей сцене нет?
— Все, что было популярно когда-то, не будет популярно сейчас. У них останется свой контингент слушателя, а молодых все равно уже будет другое интересовать. Все эти «Фабрики звезд» — недолгосрочные проекты. Опять же эти люди потом разойдутся, девочки родят, мальчики обзаведутся семьей, начнут заниматься другим бизнесом. Просто у этих людей немножко другое впечатление от шоу-бизнеса. У меня есть песня «Pizness» на новом альбоме. Вот шоу-бизнес это нечто такое — это полный пиз***. Здесь невозможно быть нормальным адекватным человеком, обязательно надо в какие-то крайности вдаваться. И меня раздражает то, что не существует на нашей эстраде тех молодых людей, которые реально смогут всю свою жизнь заниматься только этим. Повторюсь, молодых людей, а не престарелых придурков, которые пытаются выглядеть молодыми, либо старых дур, прикидывающихся девочками. Но это же просто глупо, тупо, смешно!
Маша Распутина — она не старая что ли? Ну а что она пытается сохранить свой имидж непонятно какой давности? Это клоунада! Поэтому наш шоу-бизнес воспринимается как клоунада, поэтому меня изначально серьезно люди не могли воспринять, и не могу. Они будут делать это только со временем, начнут воспринимать серьезно то, что я говорю, потому что я веду независимо свою политику, я не интересуюсь всем, что происходит, я не просто пою «ля-ля-ля, я люблю тебя, ты любишь меня»…
— В последнее время среди поп-исполнителей стирается половая грань между мужчинами и женщинами. Мальчики становятся похожими на девочек…
— Это самое ужасное, что происходит!
— Среди рокеров и тех, кто читает хип-хоп этого нет: там мужики и есть мужики.
— Потому что существует понятие, существует честь у людей. Как только мужчина теряет честь и уважение к себе, он перестает быть мужчиной.
— В чем отличие рэп-культуры от других музыкальных течений?
— Я здесь такой, какой я есть. Ни перед кем и ни перед чем я не хочу показаться тем, кем я не являюсь.
Сейчас объясню: как только ты врубаешься в хип-хоп — что это за культура, о чем она и про что она, — ты остаешься в ней. Ты от нее никуда не уйдешь и потом, эта культура держит тебя всю жизнь. Это не какое-то модное веяние, а стиль жизни людей. То, как люди думают, поступают, рассуждают. Это хип-хоп. Это их способ высказаться, «озвучить» свое отношение к миру, что они и умеют, только на своем уровне.
Хип-хоп — это сжатая информация. Я могу в одной песне сказать все то, что люди, поющие другую музыку, могут сказать в одном альбоме. Это своеобразный месседж, краткое такое послание исполнителя о своей жизни. И тут каждый человек реальный, а не то, что из него сделали. Потому что, к примеру, чем более настоящим я буду в песнях, чем больше реальных проблем своего поколения выскажу с экрана, тем честнее я буду перед собой и перед теми, кто меня слушает, я даже в клипах и на концертах одеваюсь, как в жизни: те же штаны, кроссовки, я же не какой-то там…
— Все вспоминают, как ты на острове в программе «Последний герой» варил кашу, очень заботился обо всех. А сам ты по жизни какой?
— Хороший (смеется). 24 часа в сутки две недели невозможно из себя что-то строить. И носить маску в месте, где ты постоянно видишь одних и тех же людей. И где ты с ними ночью в двадцать градусов тепла и в ливень нереальный, и без крыши над головой. Тогда все гов*** начинает вылезать. И тогда люди начинают понимать, кто на самом деле реальный, кто нет.
Действительно, можно как угодно относиться ко всяким реалити-шоу, но именно программа «Последний герой-4» открыла народу другого Децла, не того "монстра" в мальчишеском обличии, поющего "Кровь, кровь", коим нам его долгое время представляли многие СМИ, а хозяйственного, выносливого, заботливого, интересного юношу. Вдвоем с Николаем Николаевичем Дроздовым они наполняли игру афоризмами и энергией. Дроздов ловил лягушек, ДеЦл их готовил. Лягушки оказывались несъедобными, все соплеменники отравлялись, и тогда Кирилл весело рассказывал, что Владу Сташевскому от лягушек совсем-совсем плохо. Этакий санитар эстрады!
Кирилл вообще производит странноватое впечатление — такой, знаете ли, паренек-старичок. Юноша, рассуждающий о серьезных вещах, правда, порой несколько категоричный в суждениях. Абсолютно самостоятельный. Серьезный. Талантливый.
