Когда мы с сестрой были маленькие, у нас была книжка про норвежских маму и дочку, и название, и автора которой я уже запамятовала. Помню, как я подошла к своей маме и недоуменно сказала: "Я не понимаю смысл этого предложения: "Мы едем в Осло (с ударением на последнем слоге)". Осло у меня ассоциировалось с ослом и я не понимала, почему "осел" пишется с большой буквы и как можно в него ехать.
Конечно, мама мне объяснила, что Осло — это такой город, столица Норвегии. Я поверила, но долго не могла понять, зачем давать городу столь потешное название. А примерно через пятнадцать лет у меня возникла возможность самой поехать и посмотреть: что же такое Осло — и пополнить коллекцию занимательных ассоциаций!
Удивление у меня вызвал аэропорт, который ужасно походит на сауну. Во-первых, внутри весь аэропорт отделан деревом, а во-вторых, в нем по сравнению с, например, Шереметьево-2 очень мало людей и самолетов. Поезд как стрела за 20 минут домчал нас до центрального вокзала, откуда на автобусе мы добрались до дома. Приятель, работающий в Осло, предложил мне пожить в его гостеприимной квартире в обмен на ежедневное приготовление борща, салата "Оливье" и иных кулинарных изысков.
Перед норвежскими гурманами всегда злободневным был вопрос: "Быть или не быть?" ("говядина или рыба?"). Веками они пытаются принять окончательное решение по этому вопросу, но это им не удается. Периодически они пробовали блюда из одного, то из другого так полюбившегося им продукта. Вообще, норвежцы — натуры сомневающиеся и нередко противоречивые. Вот историко-кулинарный пример тому: в 1555 г. в Норвегии вышло пособие Рифа "Новая поваренная книга для больных". В ней автор пишет, что селедка столь хороша и полезна, что "устраняет недуги тела так же, как солнце уничтожает туман. Особенно хорошо она справляется с лихорадкой и кашлем, вылечивает собачий укус, вытягивает из головы несколько болячек и даже полностью снимает водянку". Поэтому-то мой приятель решил хоть пару дней прожить, балуя свой желудок не национальными норвежскими блюдами.
Что-то мы все о кулинарии?! Ведь Осло удовлетворит, пожалуй, абсолютно все туристические интересы. Любители музеев, конечно, посетят музей Кон-Тики. Известный во всем мире норвежский этнограф и археолог, Тур Хейердал является национальным героем Норвегии. Для подтверждения своей теории о первоначальном заселении островов Полинезии из Америки он в 1947 году проплыл с экипажем на плоту из бальзовых бревен "Кон-Тики" от Перу до Полинезии. В 1969 и 1970 годах он на папирусных лодках "Ра" добрался от Африки до островов Центральной Америки, что доказало возможность плавания в Америку древних египтян. В этом путешествии одним из членов его многонациональной команды стал Юрий Сенкевич. Легендарная лодка "Ра" и множество других экспонатов, посвященных путешествиям знаменитого норвежца, и составили основную экспозицию музея.
Есть в Осло и покорившего Северный полюс судна "Фрам", музей кораблей викингов и многие другие, в которых я, не смотря на ежедневные уговоры "принимающей стороны" и призывы к повышению культурного уровня, не была ни разу. Я не очень люблю музеи, зато обожаю просто гулять и смотреть на дома, на людей, на природу. Одним словом, на жизнь. Поэтому уже с утра я буквально бежала к знаменитому фьорду — жемчужине города. Фьорды в Осло настолько глубокие, что в них заходят огромные паромы, привозящие людей и всевозможный багаж из Дании и Германии. Но самое удивительное — это птицы.
Огромные, сытые, они подпускают к себе близко-близко и застывают, как бы позируя для фотографии (кстати, все, кто смотрели эти фотографии в Москве, были уверены, что птицы не настоящие). Сфотографировавшись такая "ципа" виртуозно ворует свежие креветки, которые прямо со своих суденышек во фьорде продают рыбаки.
"Человек может бесконечно долго смотреть на воду и на то, как работает другой человек". Занимай место на лавочке или на пирсе. Прямо посмотришь — вода; вверх — небо; оглянешься назад — город живет повседневной жизнью, куда-то спешат по-деловому одетые люди, но тебе не до них, у тебя отпуск и бескрайняя водная гладь перед глазами. А когда надоест сидеть и нежиться на солнышке, можно "накрениться" налево, а затем и предпринять небольшую прогулку в историческое укрепление фьорда. Именно с этим сооружением из темного камня связана история обороны Осло, которую поподробнее можно узнать в малюсеньком музейчике, а заодно посмотреть на смену караула.
Недалеко от фьорда, на торжественном возвышении находится королевский дворец. Не хочу расстраивать норвежцев, но издали, особенно в сумерках, он очень напоминает здание райкома или обкома. Зато прямо от дворца открывается отличный вид на центральную улицу города: оно и понятно, как ни как резиденция главы государства.
Еще меня очень привлекали горы, которые видны прямо с некоторых улиц. Мне так хотелось туда, к этим вершинам. Понимая детскость и тщетность своей затеи, я шла и шла по направлению к горам, то теряя их из виду, то обретая вновь, а они все удалялись и удалялись. Я устала, хотя отошла совсем недалеко от дома и решила ждать выходных, когда у Андрея будет возможность показать мне окрестности города.
В субботу мы отправились на телебашню. Эта малютка находится в горах, добирались мы сначала на поезде, потом пешком по апрельскому снегу. Температура за городом существенно ниже, чем в городе, но я мужественно совершала восхождение по снегу в мокасинах — единственной имеющейся у меня в наличии обуви. Вид из огромных окон смотровой площадки удивляет не меньше, чем величина башенки: вместо города — природа да люди, совершающие последние в сезоне лыжные спуски.
А в воскресенье, яростно отвергнув любую идею о посещении музея, мы поехали на остров. Около Осло находится несколько небольших островков, выполняющих роль своеобразных парков культуры и отдыха. С середины апреля по ноябрь маленький кораблик курсирует от острова к острову и обратно в город, предоставляя всем желающим возможность отдохнуть на природе. Мы к такой прогулке подготовились тщательно: вымыли несколько крупных морковок и вместе с пластиковыми ковриками, булочками и водой погрузили их в рюкзак, рюкзак водрузили на спину Андрея и шагнули в весеннее утро… к островитянам. Долго ждать не пришлось, навстречу высадившимся людям побежали проголодавшиеся за зиму кролики. Коричневые и черные они прячутся в растительности и выходят съесть предложенное угощение, но никогда не дадут себя погладить. Зато большие толстые гуси еще и ругаются, если увидят, что еда досталась не им. Один такой здоровяк спугнул сначала пушистого кролика, кормившегося из рук Андрея, а затем заставил и самого парня уйти, кинув пищу к ногам завоевателя.
Вдоволь наобщавшись с братьями нашими меньшими, можно расположиться на огромных камнях у воды, слушать плеск волн и загорать. Говорят, что если лето "удается", то можно и купаться.
Но в музей Густава Вигеланда я все-таки сходила — в крупнейшее в мире собрание скульптур, созданных одним человеком. Само число созданных им творений потрясает — 650! В парке можно прикоснуться к изваяниям, а по некоторым и полазить. Работы посвящены теме жизни, любви и семьи, причем настраивают они на минорный лад. Чего только стоит женщина-мать на четвереньках, оседланная детишками. А символом Осло и всеобщим любимцем считается "плачущий малыш", со злым, обиженным и сморщенным личиком.
Отвлечься от мыслей о быстротечности наших дней и превратности семейных взаимоотношениях можно в баре или ресторанчике. Норвежские цены — это отдельная и совсем не радостная для твоего кошелька история. Даже ценники в "пакистанских" магазинчиках и дешевых супермаркетах могут вскружить голову. Тем не менее, стоит обратить внимание на "винные", например Винхусет, провести вечер за бокалом редкого вина и почувствовать себя знатоком и ценителем. Если ты знаешь английский, то к языку жестов прибегать не придется, этим языком не владеют, пожалуй, только младенцы и домашние животные.
Пять дней пролетели слишком быстро. Где-то внизу под крылом самолета остались уже невидимый город, черные горы, синяя вода, белый снег и сказочные воспоминания.
