Искусство

2 февраля

Интервью с независимым куратором PollyT: о пути без опыта и диалоге со зрителем – советы тем, кто только начинает

В новой рубрике мы говорим с профессионалами мира искусства об их творческом пути.

автор Евгений Елисеев

«Кем я ~~хочу~~ стал» – новая рубрика Клео.ру с историями о неочевидных, подлинных путях, которые мы находим в жизни. И первым ее героем стала PollyT – куратор Центра творческих индустрий (ЦТИ) «Фабрика», сооснователь независимого объединения NoNameForNow и видеохудожник. В эксклюзивном интервью она рассказала о своем пути в искусстве, роли образования и будущих проектах.

– PollyT, вы активно занимаетесь кураторством арт-проектов с 2024 года – тогда вы еще учились в Институте современного искусства Иосифа Бакштейна (ИСИ ИБ). Был ли у вас кураторский опыт до поступления в вуз? И можно ли говорить о том, что именно учеба на программе дала вам навыки и творческую мотивацию для кураторской практики в искусстве?

– Я поступила в ИСИ ИБ, не имея практического опыта в сфере современного искусства. Теоретические знания были разрозненными. Именно Институт дал мне необходимую базу и помог найти свою точку опоры. Я начала заниматься видео (и сейчас как художник работаю только с ним), параллельно задумывая с сокурсниками общую выставку под названием «ФОМ» (6+) – она была реализована в августе 2025 года в галерее «Пересветов переулок».

Мой дебютный кураторский проект пришелся уже на конец первого года обучения. Над «Быть здесь» (6+) я работала вместе с Верой Ершовой, а в экспертный совет вошли кураторы Станислав Шурипа, Виктор Мизиано и Дмитрий Гутов. Мы с Верой получили потрясающий опыт работы с пространством, его драматургией и авторами. Кроме того, именно «Быть здесь» (6+) дал старт еще одному проекту, очень дорогому для меня: это выставка «…надцатого декабря» (16+) в парк-отеле «Белые аллеи», которую я курировала совместно с Ириной Кулик и Натальей Конюковой. Так что да, курс «Новые художественные стратегии» в ИСИ ИБ подарил мне вдохновение для собственной практики: с точки зрения знаний, навыков и профессионального общения.

– В вашем CV есть как проекты в ЦТИ «Фабрика», куратором которого вы сейчас являетесь, так и выставки в Зверевском центре свободного искусства, галерее «Пересветов переулок» и другие. Чем, по вашему опыту, отличается независимое кураторство от институционального?

– Я бы сказала, степенью ответственности и условиями. При этом нельзя утверждать, что, когда курируешь сам, есть поблажки. Их в сфере современного искусства вообще не должно быть. Есть вопрос уровней этой ответственности. Выражаете вы свое мнение или говорите от имени институции – от этого зависит соотношение обязательств перед собой, перед коллегами, перед авторами и так далее. Отличается и вопрос обоснования, когда художник спрашивает, почему он не прошел отбор. Есть различия в монтаже и в условиях, которые влияют на отбор работ или способ их демонстрации. Концептуальных ограничений я не встречала.

Независимым кураторством я занимаюсь в рамках самоорганизации NoNameForNow, также являясь ее сооснователем. Наш первый проект «Ретроградный Меркурий» (16+) прошел в стенах Зверевского ЦСИ – сейчас у нас есть свое пространство в ЦСИ «Фабрика», для которого я свожу выставочный график. Наличие своих квадратных метров позволило команде провести выставку Павла Отдельнова «Места в первом ряду» (16+) в декабре 2025 года.

В любых проектах важно не просто взять и расположить работы, чтобы они стали лишь звеньями цепи, но дать каждой из них – и каждому автору – время и способ говорить.

– Кураторскую практику вы совмещаете с художественной, что довольно распространенная история сегодня. В каком соотношении у вас находятся эти две стези: обогащают друг друга, конкурируют между собой?

– Единственное, в чем можно увидеть конкуренцию, это во времени: мне приходится выбирать, сегодня я куратор или художник. В остальном конкуренции нет, как и разделения. Есть просто моя оптика, мой опыт. Например, подход, который у меня сложился к построению структуры видеоработ. Мало кто смотрит видеоарт в музее целиком. И я даже длинные видео (продолжительностью в 9 минут) строю так, чтобы можно было посмотреть немного – и уже унести с собой определенную историю.

Схожий подход у меня в кураторстве. Продумывая драматургию выставки «Быть здесь» (6+), я хотела, чтобы гость смог сложить собственное видение, в какой момент он бы ни зашел на огромную территорию проекта. В рамках выставки «…надцатого макабря» (16+) проводились экскурсии, но зритель также имел возможность самостоятельно ознакомиться с работами, вынести свое суждение без опоры на слова кураторов.

В рамках многих моих проектов я либо не даю авторский текст, либо увожу его в QR-код. Современное искусство – диалог, момент встречи взглядов художника и аудитории. По этой причине зритель имеет полное право не оценить работу и продолжить думать о ней в своем ключе.

– Какой путь развития в профессии вы видите перед собой в ближайшие несколько лет?

– Любой путь развития прекрасен, пока есть движение вперед. Бывает ощущение (в любой работе, не только в сфере современного искусства), как будто упираешься в стену. Самоповтор. Стеклянный барьер и отсутствие воздуха. Когда-то желание преодолеть стагнацию привело меня в ИСИ ИБ. Сейчас мне достаточно везет, чтобы быть окруженной теми, с кем можно поговорить, включая преподавателей Института. Есть книги, статьи и амбициозные задачи.

Мне говорили, что видеоколлажем в современном искусстве занимаются не так много художников, но мне хочется продолжать эксперименты именно в этом направлении. Коллаж – это нечто большее, чем просто сопоставление уже готовых частей, я вижу в нем интересные с исследовательской точки зрения архивные задачи. Как куратор я тоже постоянно держу в голове большие проекты, чтобы не повторять то, что я уже делала. Иначе говоря, я нахожусь в непрерывном поиске новых слов и возможностей.

Точкой отсчета может стать многое. Интервью Рема Колхаса (2025) для журнала Flash Art внезапно проросло в кураторский проект. В основе недавнего показа Алессандро Микеле для бренда Valentino – теория Вальтера Беньямина. Микеле вдохновляет своим умением неординарно развернуть тему и подсветить ее с неожиданной стороны. Кстати, его предыдущие показы для Valentino уже превратились в видеоработы и кураторское высказывание. Меня это глубоко восхищает.

– На ваш взгляд, какими качествами начинающему куратору необходимо обладать, а что можно наработать?

– Самое главное для меня – куратор должен любить те работы, которые он берет в свою выставку. Конечно, у куратора должна быть концепция: то, что ему важно сказать, – но не в ущерб арт-объектам. Еще необходимо стремиться к новым знаниям – здесь помогут не только книги по философии и по современному искусству, но и статьи в журналах, изучение выставочного опыта, непрекращающаяся исследовательская работа в выбранном направлении мысли. Остальному можно научиться опытным путем.

– Что для куратора важней: смотреть, общаться, читать или слушать?

– В принципе, все это – формы диалога. И без диалога куратор невозможен.

– Какой совет вы дали бы самой себе в период профессионального самоопределения?

– Можно не выбирать. Современное искусство – и жизнь в целом – это не «или/или», а «и, и, и». Главное – внутреннее планирование, тайминг.

Подробнее о творчестве PollyT можно узнать на ее сайте и в социальных сетях.

Искусство

13 апреля

Двигаясь к мечте, или шедевры мировой хореографии: фильм «Нуреев. Белый ворон» Рэйфа Файнса

Двухчасовой триптих о жизни танцовщика Рудольфа Нуреева вышел в российский прокат в 2019 году.

автор Евгений Елисеев

Рудольф Нуреев (1938, Приморский край, СССР – 1993, Франция) – легендарный артист балета, успевший сделать карьеру как на родине, так и в нескольких странах Европы, включая Францию и Великобританию. Солист Ленинградского театра оперы и балета имени Кирова (ныне Мариинского театра) в 1958–1961 гг., Нуреев бежал из Советского Союза в Париж, где ходатайствовал о предоставлении ему политического убежища – неслыханно дерзкое для того времени заявление.

Экстравагантные выходки Нуреева, его свободолюбие и несговорчивость были неотделимы от его сценического таланта: на зрелом этапе творчества Рудольф Хаметович давал порядка двух сотен выступлений в год, танцевал в дуэтах с ведущими балеринами западных театров, такими как Марго Фонтейн и Лилиана Кози, и даже руководил труппой Парижской оперы.

Как «невозвращенцу», Нурееву долгое время был запрещен въезд в СССР: вернуться на родину впервые он смог в 1987 году (для того чтобы проститься с матерью); двумя годами позднее он уже пересек границу по официальному приглашению Кировского театра и исполнил партию Джеймса в балете «Сильфида». В последние годы жизни танцовщик преимущественно дирижировал и занимался коллекционированием предметов искусства – выступать на сцене Нуреев уже не мог по состоянию здоровья.

Фильм «Нуреев. Белый ворон» (2018), снятый британским актером и режиссером Рэйфом Файнсом, повествует историю борьбы и творческого зенита молодого Рудольфа Нуреева. Роль танцовщика исполнил солист Татарского театра оперы и балета Олег Ивенко. В картине также приняли участие Адель Экзаркопулос, Сергей Полунин и Равшана Куркова. К слову, и сам Файнс появился в кадре – в небольшой, но важной роли наставника Нуреева, Александра Пушкина.

Съемки двухчасовой картины проходили сразу в нескольких странах: в Великобритании, во Франции, в Сербии и даже в США. Хотя сцены с корпящим у балетного станка Нуреевым, равно как и видовые кадры у здания театра, создают очень «петербургское» ощущение. Действие в «Белом вороне» раскрывается линейно: от попыток Нуреева поступить в Ленинградское хореографическое училище в возрасте 17 лет до его триумфа в Париже и отказа возвращаться на родину.

Успехи и неудачи героя на экране объясняются одинаково – упорством героя: Нуреев всегда настаивает на своем, будь то «нежелательная для гражданина СССР» дружба с иностранцами на гастролях, покупка того самого игрушечного поезда или выдворение несимпатичного ему преподавателя из зала во время репетиции. Рудольф Нуреев – личность сложная и мало кому понятная, но ему, гению танца и великолепному артисту, это чаще всего прощается, ведь искусство превыше всего.

В интервью порталу «Кинопоиск» режиссер картины Рэйф Файнс развенчивает сразу несколько популярных заблуждений о «Белом вороне». Во-первых, отмечает Файнс, фильм – не байопик, а рассказ об интересующем его самого периоде творчества молодого Нуреева – с небольшим экскурсом в детство героя в черно-белых сценах: жизнь в деревне, первые уроки танцев, мамины глаза, голос отца, вернувшегося с фронта). Личная жизнь артиста балета в фильме раскрывается скорей через намеки – например, в сцене его мимолетного романа с Ксенией Пушкиной и в последующих отношениях с немецким коллегой Тейя Кремке.

О том, что произошло после отказа Нуреева вернуться в Советский Союз, картина Файнса умалчивает: финальная сцена «Белого ворона» напоминает боевик, в котором каждая из сторон (советские и французские представители власти) играет на опережение, стремясь убедить танцовщика сделать «верный» выбор. По сюжету, Нуреев, полностью осознавая прекарность своего положения, решает остаться во Франции, о чем гордо сообщает журналистам. В реальности Франция так и не предоставила убежище артисту балета, что вынудило Нуреева отправиться в длительные гастроли по Европе.

Второй момент, который Рэйф Файнс считает принципиально важным для понимания его работы, – это то, что балет в ней не главное. В «Белом вороне» много танца, изящно срежиссированного движения – создателям фильма удалось воссоздать дух высокого искусства (недаром Файнс приглашал на основные роли только профессиональных танцовщиков и брал консультации у ведущих хореографов). Однако «Нуреев. Белый ворон» не рассказывает о перипетиях мира балета, как это делают, например, кинодрамы «Большой» (2016) и «Джойка» (2023). В видении Рэйфа Файнса вопрос цены успеха, в частности, сценического – второстепенен, в то время как центром повествования выступает история художника, неустанно прокладывающего свой путь к свободе (который, как легко предположить, лежит через искусство).

Следуя такой логике, на месте Нуреева в фильме Файнса мог быть любой живописец, композитор, поэт – иначе, творец, остро чувствующий проблемы правды и красоты. Почему же тогда режиссер все-таки посвятил работу Нурееву? Вполне возможно, что являясь многолетним поклонником русской культуры, Рэйф Файнс воспринял работу над картиной о русском артисте балета как своего рода челлендж:

«Больше всего пугал балет <...> Я понимал, что собираюсь работать с очень особенным миром», – сообщил режиссер в беседе с порталом «Кинопоиск».

«Сгусток энергии», «чистый гений» – таким увидел Файнс молодого танцовщика и балетмейстера Рудольфа Нуреева. И решил создать «портрет художника в юности» – зрелищную, эстетически привлекательную картину, в которой мало исторических подробностей, почти нет места противоречиям и конкурирующим точкам зрения, зато есть красота «прыжка в свободу», авторского взгляда на жизнь.

Возрастное ограничение для фильмов «Нуреев. Белый ворон», а также «Большой» и «Джойка»: 18+.

Искусство

13 апреля

Шура объявил о желании пригласить Никиту Кологривого на роль о себе в будущей киноленте

Артист представил мемуары.

автор Евгений Елисеев

На прошедшей в столице международной выставке интеллектуальной литературы non/fictioN состоялась презентация автобиографической книги «Шура. Смех и слезы. Взлет, падение и новое начало звезды 1990-х». Ее автор – исполнитель хитов «Твори добро» и «Отшумели летние дожди» – не только пообщался с публикой, но и высказался о возможной киноадаптации своей жизни.

Во время беседы артист признался, что мемуары рождались под давлением команды: два года его уговаривали сесть за рукопись, чтобы в будущем создать сценарий для фильма. Причем книга, по словам певца, содержит как реальные факты, так и художественный вымысел.

На вопрос, кто мог бы сыграть самого Шуру в кино, артист ответил без промедления.

«Первый в списке – актер Никита Кологривый. Он первое, что сразу пришло. Чувак нравится. Зубов, правда, до хрена во рту, но это легко закрасить, и будет видно, что дырка. И в очечках тоже, как и я. Думаю, Кологривый согласится. Тогда хоть поржем», – сказал Шура в интервью.

Мемуары уже поступили в продажу, а сам автор только собирается дочитать собственное жизнеописание до конца. Шура признался, что шрифт в книге мелковат, но заголовки он видит прекрасно.

Искусство

13 апреля

Казань примет конкурс «Новая волна» в 2026 году

Столица Татарстана снова готовится к международному фестивалю.

автор Евгений Елисеев

Казань во второй раз станет площадкой для проведения международного музыкального конкурса молодых исполнителей «Новая волна». Решение о возвращении фестиваля в Татарстан было принято на федеральном уровне при поддержке раиса Татарстана Рустама Минниханова.

Ожидается, что в этом году программа будет расширена за счет крупных музыкальных проектов. В частности, один из дней посвятят совместной работе Димаша Кудайбергена и Игоря Крутого. Кроме того, запланирован отдельный концерт, приуроченный к 90-летию композитора Раймонда Паулса, чье творчество оказало большое влияние на отечественную эстраду.

Опыт предыдущего года показал высокий интерес аудитории к фестивалю. Телевизионный охват составил десятки миллионов зрителей, а информационная повестка вокруг конкурса активно формировалась как в СМИ, так и в социальных сетях. Организаторы рассчитывают, что проведение «Новой волны» вновь станет значимым фактором продвижения туристического потенциала Казани и усилит ее позиции как одного из ключевых культурных центров страны.

«Это событие, за которое мы боролись, и второй год подряд нашему городу будет оказано доверие на несколько дней стать музыкальной столицей нашей необъятной Родины и провести глобальное событие для нашей эстрады. Казань рада принимать гостей и в очередной раз доказать, что наш город – это место, где рождаются звезды», – сказал мэр Казани Ильсур Метшин на аппаратном совещании.

Сам конкурс традиционно ориентирован на поиск и поддержку молодых артистов. В прошлые годы в отборе участвовали тысячи заявок из разных стран, а финалисты представляли широкую географию – от стран СНГ до дальнего зарубежья. Участие в проекте дает исполнителям возможность заявить о себе на профессиональной сцене и получить выход на более широкую аудиторию.

Для проведения фестиваля в Казани ранее была создана специальная концертная площадка с современным техническим оснащением, рассчитанная на тысячи зрителей. Подобная инфраструктура позволяет проводить мероприятия международного уровня и принимать артистов первой величины.

Конкурс «Новая волна» проводится с начала 2000-х годов и за это время стал одной из ключевых платформ для развития эстрадной музыки и культурного обмена.