Искусство

11 февраля

«Кровоизлияние в МОСХ» в Театре «Практика»: спектакль о жизни, искусстве и исторической правде

В основе спектакля Юрия Печенежского – одноименная пьеса Алексея Житковского о закате оттепели в советской художественной культуре.

автор Евгений Елисеев

Пока выставки советских художников-нонконформистов идут в ведущих музеях страны: «Эрнст Неизвестный» (16+) в Новой Третьяковке, «Анатолий Зверев» (12+) в Музее AZ, Театр «Практика» представляет спектакль «Кровоизлияние в МОСХ» (18+). Премьера 2023 года, спектакль Юрия Печенежского по пьесе Алексея Житковского выходит за рамки временной актуальности: о соотношении искусства и жизни человек задумался еще в первом тысячелетии до нашей эры – доказательства тому легко найти на разных этапах исторического развития.

Сюжет «Кровоизлияния в МОСХ» (18+) строится вокруг резонансного события: 1 декабря 1962 года председатель Совета министров СССР Никита Хрущев в сопровождении нескольких членов Политбюро посетил и резко раскритиковал выставку авангардного искусства в «Манеже». Более широкий контекст повествования в спектакле – противостояние двух миров, официальной и неофициальной культуры: зритель поочередно видит сцены «лицевой» и «оборотной» жизни советских людей – и тщетно пытается найти связь между ними.

С одной стороны, новогодний эфир телепередачи «Голубой огонек»: натянуто веселый, социалистически выверенный, если не сказать вымученный; с другой – будни деятелей андеграунда: подготовка к выставке в «Манеже», волнительное ожидание приезда Хрущева – и последующая «оборона». Соседство телевизионной передачи с альтернативным искусством кажется странным только на первый взгляд: выставка художников-авангардистов была разгромлена комиссией из Политбюро в тот же год, когда по телевидению начали показывать «Голубой огонек». Так, в 1962 году наступил символический конец эпохи оттепели: на смену ей пришли другие – лучше сверенные с государственным курсом – культурные проекты.

Значительное место в спектакле занимает сцена знакомства Хрущева с творчеством членов круга «Новая реальность», иначе белютинцев. В числе художников зритель видит Веру Преображенскую, Бориса Жутовского, Юло Соостера и его жену Лидию, Владимира Янкилевского… Выше перечисленные авторы, входившие в круг Элия Белютина, действительно присутствовали на выставке 1 декабря 1962 года. Здесь создатели спектакля придерживаются фактов, в отличие от более вольной интерпретации эфиров «Голубого огонька». Находят документальное подтверждение и комментарии Никиты Хрущева к картинам авангардистов.

Лидер обвиняет художников в непрофессионализме, паразитизме и аморальном образе жизни (оригинальные формулировки председателя Совета министров звучат в спектакле – и их стоит послушать).

Между тем, Хрущев не перестает задавать вопросы о смысле представленного творчества. Очевидно, в этом заключается не только сценический механизм для увеличения продолжительности сцены, но и «тень сомнения» героя, необходимая для развития сюжета. Образ советского лидера предстает перед зрителем во всем своем многообразии: самоуверенный, грозный, саркастичный Хрущев вдруг начинает (по крайне мере, пытается) рефлексировать:

«Если я, глава государства, ничего не понимаю в вашем творчестве, то что из этого вынесет народ?» – закономерно задается вопросом Никита Сергеевич.

И здесь, конечно, слышен голос не только председателя, но и миллионов «обычных» людей, которые бы разделили выше озвученную позицию в советское время. В противоположном лагере – представители альтернативной культуры (хотя бы в меньшинстве, их голоса слышны всегда). Следовательно, на выставке авангардного искусства в «Манеже» в 1962 году столкнулись два мировоззрения: в первом все, включая искусство, подчинено общественному порядку – космосу на земле – и играет строго отведенную ему роль; во втором – творчество освобождается от условностей повседневного и становится самоцелью.

«Вас же на народные деньги учили. Для кого же вы работаете, если народ вас не понимает?» – изумляется Хрущев.
«Нам нравится живопись, мы делаем это для себя», – честно отвечают живописцы.

Казалось бы, непонимание тотальное, ситуация безнадежная, но не всё так однозначно. В середине спектакля на сцене появляется Эрнст Неизвестный и заводит беседу с председателем совершенно в ином тоне. Скульптор эмоционально объясняет Хрущеву, что представленные в зале работы – дело его жизни и что западные художники-авангардисты Пикассо и Сикейрос тоже были коммунистами. Никита Сергеевич снова колеблется:

«В этом человеке – дьявол и ангел. Дьявола мы в нем убьем, а ангела надо поддержать…»

Образы Никиты Хрущева (акт. Николай Ковбас) и Эрнста Неизвестного (акт. Олег Сапиро) в «Кровоизлиянии в МОСХ» (18+) вышли яркими, по-человечески противоречивыми и убедительными. Образы других нонконформистов в спектакле, скорей, служат общим фоном для развития сцены: они напоминают набросок, из которого должно родиться что-то большее. Для их антагонистов из официальной среды – героев эфира «Голубого огонька» – собирательность образа понятна: зритель видит не конкретных людей, а легко узнаваемые типажи «пыльного профессора», «колхозницы-активистки», «рабочего-любителя фельетонов» и так далее. Персонажи художников, напротив, способны заинтересовать публику на личностном уровне, особенно в контексте возрастающего внимания к истории советской неофициальной культуры в последние несколько лет.

Эфирные сцены в спектакле Печенежского надежно «склеены» музыкальным сопровождением и хореографией. Любимые, пускай и немного приторные, советские песни исполняют сами актеры, разбавляя пение движениями в духе мюзиклов. Последнее выглядит задорно и довольно точно передает атмосферу постановочного праздника.

В качестве эпилога к сцене вернисажа белютинцев создатели спектакля представляют зрителю следующие факты: после отставки Хрущев извинился перед Жутовским и другими художниками за скандал в «Манеже». После смерти Никиты Сергеевича над его памятником работал Эрнст Неизвестный по завещанию лидера. А еще Хрущев побывал в Америке в 1959 году, видел платье Мэрилин Монро и рисковал быть соблазненным капитализмом (последняя история граничит в «Кровоизлиянии» (18+) с фантастикой, бредом изможденного противоречиями ума).

«Работа может нравиться, не нравиться или не очень нравиться зрителю. Три варианта – других нет. А результат? Судьба художника или даже всего человечества», – философствует Хрущев в прологе спектакля.

Полуторачасовое действие в «Практике» посвящено исследованию этой позиции: история делает выводы, а искусство, как водится, их интерпретирует.

Подробности о спектакле смотрите на сайте Театра «Практика».

Искусство

13 апреля

Двигаясь к мечте, или шедевры мировой хореографии: фильм «Нуреев. Белый ворон» Рэйфа Файнса

Двухчасовой триптих о жизни танцовщика Рудольфа Нуреева вышел в российский прокат в 2019 году.

автор Евгений Елисеев

Рудольф Нуреев (1938, Приморский край, СССР – 1993, Франция) – легендарный артист балета, успевший сделать карьеру как на родине, так и в нескольких странах Европы, включая Францию и Великобританию. Солист Ленинградского театра оперы и балета имени Кирова (ныне Мариинского театра) в 1958–1961 гг., Нуреев бежал из Советского Союза в Париж, где ходатайствовал о предоставлении ему политического убежища – неслыханно дерзкое для того времени заявление.

Экстравагантные выходки Нуреева, его свободолюбие и несговорчивость были неотделимы от его сценического таланта: на зрелом этапе творчества Рудольф Хаметович давал порядка двух сотен выступлений в год, танцевал в дуэтах с ведущими балеринами западных театров, такими как Марго Фонтейн и Лилиана Кози, и даже руководил труппой Парижской оперы.

Как «невозвращенцу», Нурееву долгое время был запрещен въезд в СССР: вернуться на родину впервые он смог в 1987 году (для того чтобы проститься с матерью); двумя годами позднее он уже пересек границу по официальному приглашению Кировского театра и исполнил партию Джеймса в балете «Сильфида». В последние годы жизни танцовщик преимущественно дирижировал и занимался коллекционированием предметов искусства – выступать на сцене Нуреев уже не мог по состоянию здоровья.

Фильм «Нуреев. Белый ворон» (2018), снятый британским актером и режиссером Рэйфом Файнсом, повествует историю борьбы и творческого зенита молодого Рудольфа Нуреева. Роль танцовщика исполнил солист Татарского театра оперы и балета Олег Ивенко. В картине также приняли участие Адель Экзаркопулос, Сергей Полунин и Равшана Куркова. К слову, и сам Файнс появился в кадре – в небольшой, но важной роли наставника Нуреева, Александра Пушкина.

Съемки двухчасовой картины проходили сразу в нескольких странах: в Великобритании, во Франции, в Сербии и даже в США. Хотя сцены с корпящим у балетного станка Нуреевым, равно как и видовые кадры у здания театра, создают очень «петербургское» ощущение. Действие в «Белом вороне» раскрывается линейно: от попыток Нуреева поступить в Ленинградское хореографическое училище в возрасте 17 лет до его триумфа в Париже и отказа возвращаться на родину.

Успехи и неудачи героя на экране объясняются одинаково – упорством героя: Нуреев всегда настаивает на своем, будь то «нежелательная для гражданина СССР» дружба с иностранцами на гастролях, покупка того самого игрушечного поезда или выдворение несимпатичного ему преподавателя из зала во время репетиции. Рудольф Нуреев – личность сложная и мало кому понятная, но ему, гению танца и великолепному артисту, это чаще всего прощается, ведь искусство превыше всего.

В интервью порталу «Кинопоиск» режиссер картины Рэйф Файнс развенчивает сразу несколько популярных заблуждений о «Белом вороне». Во-первых, отмечает Файнс, фильм – не байопик, а рассказ об интересующем его самого периоде творчества молодого Нуреева – с небольшим экскурсом в детство героя в черно-белых сценах: жизнь в деревне, первые уроки танцев, мамины глаза, голос отца, вернувшегося с фронта). Личная жизнь артиста балета в фильме раскрывается скорей через намеки – например, в сцене его мимолетного романа с Ксенией Пушкиной и в последующих отношениях с немецким коллегой Тейя Кремке.

О том, что произошло после отказа Нуреева вернуться в Советский Союз, картина Файнса умалчивает: финальная сцена «Белого ворона» напоминает боевик, в котором каждая из сторон (советские и французские представители власти) играет на опережение, стремясь убедить танцовщика сделать «верный» выбор. По сюжету, Нуреев, полностью осознавая прекарность своего положения, решает остаться во Франции, о чем гордо сообщает журналистам. В реальности Франция так и не предоставила убежище артисту балета, что вынудило Нуреева отправиться в длительные гастроли по Европе.

Второй момент, который Рэйф Файнс считает принципиально важным для понимания его работы, – это то, что балет в ней не главное. В «Белом вороне» много танца, изящно срежиссированного движения – создателям фильма удалось воссоздать дух высокого искусства (недаром Файнс приглашал на основные роли только профессиональных танцовщиков и брал консультации у ведущих хореографов). Однако «Нуреев. Белый ворон» не рассказывает о перипетиях мира балета, как это делают, например, кинодрамы «Большой» (2016) и «Джойка» (2023). В видении Рэйфа Файнса вопрос цены успеха, в частности, сценического – второстепенен, в то время как центром повествования выступает история художника, неустанно прокладывающего свой путь к свободе (который, как легко предположить, лежит через искусство).

Следуя такой логике, на месте Нуреева в фильме Файнса мог быть любой живописец, композитор, поэт – иначе, творец, остро чувствующий проблемы правды и красоты. Почему же тогда режиссер все-таки посвятил работу Нурееву? Вполне возможно, что являясь многолетним поклонником русской культуры, Рэйф Файнс воспринял работу над картиной о русском артисте балета как своего рода челлендж:

«Больше всего пугал балет <...> Я понимал, что собираюсь работать с очень особенным миром», – сообщил режиссер в беседе с порталом «Кинопоиск».

«Сгусток энергии», «чистый гений» – таким увидел Файнс молодого танцовщика и балетмейстера Рудольфа Нуреева. И решил создать «портрет художника в юности» – зрелищную, эстетически привлекательную картину, в которой мало исторических подробностей, почти нет места противоречиям и конкурирующим точкам зрения, зато есть красота «прыжка в свободу», авторского взгляда на жизнь.

Возрастное ограничение для фильмов «Нуреев. Белый ворон», а также «Большой» и «Джойка»: 18+.

Искусство

13 апреля

Шура объявил о желании пригласить Никиту Кологривого на роль о себе в будущей киноленте

Артист представил мемуары.

автор Евгений Елисеев

На прошедшей в столице международной выставке интеллектуальной литературы non/fictioN состоялась презентация автобиографической книги «Шура. Смех и слезы. Взлет, падение и новое начало звезды 1990-х». Ее автор – исполнитель хитов «Твори добро» и «Отшумели летние дожди» – не только пообщался с публикой, но и высказался о возможной киноадаптации своей жизни.

Во время беседы артист признался, что мемуары рождались под давлением команды: два года его уговаривали сесть за рукопись, чтобы в будущем создать сценарий для фильма. Причем книга, по словам певца, содержит как реальные факты, так и художественный вымысел.

На вопрос, кто мог бы сыграть самого Шуру в кино, артист ответил без промедления.

«Первый в списке – актер Никита Кологривый. Он первое, что сразу пришло. Чувак нравится. Зубов, правда, до хрена во рту, но это легко закрасить, и будет видно, что дырка. И в очечках тоже, как и я. Думаю, Кологривый согласится. Тогда хоть поржем», – сказал Шура в интервью.

Мемуары уже поступили в продажу, а сам автор только собирается дочитать собственное жизнеописание до конца. Шура признался, что шрифт в книге мелковат, но заголовки он видит прекрасно.

Искусство

13 апреля

Казань примет конкурс «Новая волна» в 2026 году

Столица Татарстана снова готовится к международному фестивалю.

автор Евгений Елисеев

Казань во второй раз станет площадкой для проведения международного музыкального конкурса молодых исполнителей «Новая волна». Решение о возвращении фестиваля в Татарстан было принято на федеральном уровне при поддержке раиса Татарстана Рустама Минниханова.

Ожидается, что в этом году программа будет расширена за счет крупных музыкальных проектов. В частности, один из дней посвятят совместной работе Димаша Кудайбергена и Игоря Крутого. Кроме того, запланирован отдельный концерт, приуроченный к 90-летию композитора Раймонда Паулса, чье творчество оказало большое влияние на отечественную эстраду.

Опыт предыдущего года показал высокий интерес аудитории к фестивалю. Телевизионный охват составил десятки миллионов зрителей, а информационная повестка вокруг конкурса активно формировалась как в СМИ, так и в социальных сетях. Организаторы рассчитывают, что проведение «Новой волны» вновь станет значимым фактором продвижения туристического потенциала Казани и усилит ее позиции как одного из ключевых культурных центров страны.

«Это событие, за которое мы боролись, и второй год подряд нашему городу будет оказано доверие на несколько дней стать музыкальной столицей нашей необъятной Родины и провести глобальное событие для нашей эстрады. Казань рада принимать гостей и в очередной раз доказать, что наш город – это место, где рождаются звезды», – сказал мэр Казани Ильсур Метшин на аппаратном совещании.

Сам конкурс традиционно ориентирован на поиск и поддержку молодых артистов. В прошлые годы в отборе участвовали тысячи заявок из разных стран, а финалисты представляли широкую географию – от стран СНГ до дальнего зарубежья. Участие в проекте дает исполнителям возможность заявить о себе на профессиональной сцене и получить выход на более широкую аудиторию.

Для проведения фестиваля в Казани ранее была создана специальная концертная площадка с современным техническим оснащением, рассчитанная на тысячи зрителей. Подобная инфраструктура позволяет проводить мероприятия международного уровня и принимать артистов первой величины.

Конкурс «Новая волна» проводится с начала 2000-х годов и за это время стал одной из ключевых платформ для развития эстрадной музыки и культурного обмена.