Максим Матвеев: «Время сейчас такое, когда очень быстро меняются смыслы»

Максим Матвеев – о любимых писателях, новом проекте и вкусах современной молодежи.

автор Катерина Кулагина

Буквально на днях в московском кинотеатре «Октябрь» состоялась премьера нового сезона анимационно-чтецкого проекта Михаила и Ирины Разумовских KTOMY.media «Живые мемории», получившего собственное название «Отцы и дети». Это уже третий выпуск проекта об истории России, основанного на мемуарах известных русских деятелей, созданный на стыке документального сериала, анимации и моноспектакля. Каждая серия – отрывок из книги воспоминаний, прочитанный известным артистом.

На премьеру собрались участники «чтецкого процесса», в том числе известный актер, звезда остросюжетных картин, таких как «Триггер», «Чужие деньги», «Спойлер», «Пранкер», – Максим Матвеев. В этот раз он отошел от уже привычного зрителю амплуа, озвучив одного из героев Серебряного века – поэта и музыканта Александра Вертинского. В романтическом образе «повседневный total black» – свободных брюках, футболке и рубашке в клетку – Максим рассказал журналистам о своей роли в проекте, перечислил любимых писателей и даже признался в любви к мультфильмам. 

– Максим, можете сказать пару слов о работе над фильмом? Вы отметили, что выступили здесь в качестве рассказчика.

– У меня – да, была больше чтецкая работа, а не актерская как таковая. Это совершенно другой способ взаимодействия с текстом: надо донести до зрителя мысль, которую заложил автор в своих воспоминаниях. И в данном случае моя актерская функция больше посредническая – между автором и зрителем. Я был задействован в третьем эпизоде: транслировал биографическое произведение Вертинского «Дорогой длинною» о непростых отношениях Саши со своим «незаконным» отцом и о том, как он в детстве был грубо разлучен со своей старшей сестрой. Вообще, это совершенно  уникальный проект на стыке жанров – и историческое кино, и глубокое высказывание о нас сегодняшних. Эта работа – мост между эпохами, и я верю, что она поможет найти ответы на вопросы: «что мы наследуем от прошлого» и «что оставим после себя».

– А с творчеством Александра Николаевича хорошо знакомы?  

– Знаком ли я с творчеством Вертинского? Да как-то, знаете, даже уже не раз транслировал стихотворения из его уст. Конечно же, приступая к работе, были вновь прочитаны его мемуары, скорее, я их вновь возобновил в памяти. Читал ранее. Для меня воспоминания, мемуары – это источник очень многих смыслов, которые влияют на нашу сегодняшнюю жизнь, вдохновляют и учат. Для меня Вертинский – личность, а в артисте, в принципе, главное личность. Я бы отметил особую «чистоту романтики» и искренность души в его творчестве, которые совпадают и с моим собственным мироощущением.

Мне кажется, что крайне важно находить это соприкосновение во взглядах, чувствах с людьми, и особенно с жившими раньше, до тебя.

Это человек, который был невероятно наполнен любовью – великая способность, которой нам всем стоит поучиться. Посмотрите, у него нет ни капли злости по отношению к тем обстоятельствам, в которые погрузила его жизнь. Он принимал ее как есть и работал, работал.  

– Вы сразу согласились принять участие в проекте? 

– На тот момент, когда мне предложили поучаствовать, я уже имел, скажем, представление, что это такое. Наблюдал за работой своих коллег. И, собственно, не сомневался, что проект достойный. Согласился сразу. Потому как память – важная сфера жизни человека. 

– Максим, а можете назвать ваши любимые литературные произведения, перечислить любимых писателей?  

 – Ой, я в этом плане всеядный человек.  

– Ну, может, ТОП-5? 

– Из последних прочитанных мемуаров я бы выделил дневники писателя Льва Толстого, Бенджамина Франклина и, конечно, мемуары Александра Вертинского «Четверть века без родины». Сильное впечатление на меня они произвели. А так, из самых любимых, пожалуй: повесть-притча «Чайка по имени Джонатан Ливингстон», написанная Ричардом Бахом, «Маленький принц» Антуана де Сент-Экзюпери, а также все без исключения книги Эрнеста Хемингуэя.    

– Скажите, а какой бы фрагмент какого произведения вы бы лично хотели увидеть в будущем  проекте? 

– История нашей страны такая всеобъемлющая, многогранная и многосоставная, что я вижу перспективу многосерийности данного проекта. И каждая новая серия, уверен, никогда не будет повторяться, не будет буксовать на одном месте, оставаясь интересна зрителю. На мой лично взгляд, надо «мыслить эпохами». Начать с ранних, постепенно переходя все ближе и ближе к современности. Получится любопытная штука. 

– Вы думаете, что молодежь проникнется таким форматом подачи? 

– Вот это сложно предсказать. Объясню: время сейчас такое, когда очень быстро меняются смыслы. И интерес, который бурлит в сознании грядущего поколения, тоже мало предсказуем. Удивительно, но сейчас очень много молодых людей возвращается к классическим произведениям. Наблюдать, как они по-своему их интерпретируют, интересно. Находят, что им близко, что их трогает. Поэтому, сказать, какой аудитории этот проект больше всего зайдет, мне сложно. Но предпосылки, чтобы быть интересным для широкого круга  публики, несомненно, есть: текст, крутая музыка, ну и анимация. Такой язык художественного выражения тоже может быть близок большому количеству людей. Я, например, очень люблю мультики смотреть. До сих пор.  

Стало известно, как Лерчек назвала сына, рожденного от аргентинца

Блогер забеременела под домашним арестом. После рождения ребенка Лерчек диагностировали онкологию.

автор Елизавета Федорова

Валерия Чекалина, известная как Лерчек, раскрыла имя новорожденного сына. Мальчика назвали Даниэлем – эту информацию подтвердили источники из окружения блогера.

Напомним, сейчас семья Лерчек проживает непростой период. Спустя несколько дней после родов у Чекалиной диагностировали рак желудка последней стадии. Сейчас она в процессе химио– и лучевой терапии.

Партнер Валерии, Луис, ранее эмоционально высказался о ситуации. Именно он сейчас рядом с матерью своего ребенка и старается ее всячески поддерживать.

Лерчек с детьми. Фото: соцсети/@im__lu_

«Как мне хочется забрать всю ее боль. Как я хочу, чтобы моя Лера была жива. Это единственное, о чем я прошу судьбу. Оставь мне мою Леру», – написал он.

Параллельно с этим в семье Чекалиных произошли новые события. Бывший супруг блогера, Артем Чекалин, был приговорен к семи годам колонии по делу о финансовых операциях. Его адвокаты заявили, что будут обжаловать решение суда.

Ситуация вызвала резонанс в публичном поле. Виктория Боня выступила в поддержку Чекалина, обратив внимание на семейные обстоятельства. Возмущена и Катя Гордон, которая ранее работала с семьей. Она заявила, что будет выступать в качестве общественного защитника Артема Чекалина.

Елизавета Федорова

Выпускающий редактор

Суд вынес приговор Артему Чекалину по делу о валютных операциях

Блогер отправится в колонию.

автор Евгений Елисеев

В Москве завершился громкий судебный процесс по делу блогерской семьи Чекалиных. Гагаринский районный суд вынес решение, признав Артема Чекалина виновным в незаконных валютных операциях. В качестве наказания ему назначено семь лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Кроме того, суд постановил взыскать с него штраф в размере более 190 миллионов рублей.

Следствие установило, что обвиняемый переводил крупные суммы денег за рубеж, используя поддельные документы. Речь идет о более чем 250 миллионах рублей, которые, как считают правоохранители, были перечислены на счета зарубежных компаний, включая организации в Объединенных Арабских Эмиратах. По версии следствия, эти средства поступали от продажи онлайн-продуктов, связанных с фитнес-услугами.

Следствие привлекло большое внимание общественности не только из-за значительных финансовых махинаций, но и из-за личных обстоятельств семьи. Бывшая жена обвиняемого, блогер Валерия Чекалина (более известна как Лерчек), лечится от рака. В связи с этим ее дело было выделено в отдельное производство и приостановлено до выздоровления.

В процессе судебного разбирательства сторона обвинения требовала ужесточения наказания, предлагая назначить срок более семи лет. Защита же, напротив, утверждала, что в действиях подсудимого отсутствует состав преступления, и настаивала на его оправдании. Сам Чекалин также не признал своей вины и просил суд о снисхождении, ссылаясь на семейные обстоятельства и заботу о детях.

После оглашения приговора осужденный Артем Чекалин был взят под стражу непосредственно в зале суда. Ожидается, что защита воспользуется правом на обжалование решения в вышестоящей инстанции.

Евгений Елисеев

Выпускающий редактор

Шура: «Самая главная радость, что сейчас со мной моя мама. Двадцать пять лет общения не было»

Арстит рассказал в интервью Клео.ру про новую книгу, бабушку и свои любимые песни.

автор Катерина Кулагина

Абсолютно точно можно сказать, что самой эпатажной и громкой презентацией на международной ярмарке литературы non/fictioN стала встреча с автором книги «Шура. Смех и слезы. Взлет, падение и новое начало звезды 1990-х» Александром Медведевым. Он же – один из самых ярких исполнителей российского шоу-бизнеса 90-х, артист и певец Шура. Автор таких хитов, как «Твори добро», «Ты не верь слезам» и «Отшумели летние дожди», вышел к гостям встречи в пиджаке от Игоря Гуляева и сразу заявил, что книгу свою писал, но еще не читал и дарить ее никому не будет: «На халяву книгу не дарю. Не получаю ничего с продаж. А если купите, то можете мне подарить!»

– Александр, во-первых, поздравляем с первой книгой! Поговаривают, что ее вас буквально заставили написать?  

 – Реально да, это так. Два года за мной ходила моя команда и уговаривала написать мемуары. Чтобы потом по книге этой написать сценарий для кино. А мама моя, когда услышала, что я сел мемуары писать, сразу поинтересовалась: «Ты что, подыхать собрался? Такие книги на смертном одре пишут!» «Пока нет, – отвечаю. – Может, еще и продолжение будет». 

– А что вошло в книгу? Всю свою жизнь подробно описали? 

– Честно говоря, здесь собраны как реальные события, так и вымышленные. Не документальная автобиография, короче, получилась. Не все там правда – пополам-напополам. Ну, посмотрим, как зрителю зайдет. Интересно. Честно говоря, сложно артисту на середине пути правдиво и подробно описывать свою жизнь. Убрал все фамилии даже, чтобы никого не расстраивать и не радовать. Общение со мной было трудным. Догадаются кто есть кто – и хорошо, а нет – так и нет. Но мне в книге все понравилось: и качество, и содержание. Шрифт, правда, мелковат. В мои 50 уже вот в очечках хожу, но заголовки вижу. Ладно, возрастное не обсуждаем!

– В книге использованы уникальные фотографии из вашего личного архива.

– Есть даже детские! Мама, оказывается, их сохранила, а я даже не знал об их наличии. У нас в детстве сложно было и с фотоаппаратом, и с кинокамерой, поэтому понятно, что это какие-то выхваченные буквально моменты. Даже вырванные, можно сказать. Их немного, но они настоящие, честные. 

– А как название для автобиографии выбрали?

– Здесь все очень просто. Несложно было. Взял слова из припева: «Смех и слезы, если надо, одолеют все преграды. Смех и слезы всем на зло сотворят добро. Руки свои подними к небу и загадай желание!» Это о том, что проснулись и радуйтесь каждому дню. Руки, ноги целы? Родители живы? Ну и радуйтесь. Жить и копить деньги в банке на похороны, как бабка, не стоит. Вышел, кирпич на голову упал, и не найдешь ты потом эту банку. Живите одним днем! 

– У вас, кстати, текст этой песни «Твори добро» попал в казахстанские учебники для начальной школы.

– Два года назад мне об этом рассказали – не поверил! Учительница учебник 4 класса показала, я ахнул.

Ради этого стоило жить! Я только умоляю: дети, главное, не смотрите, кто эту песню поет, просто читайте мои стихи, и все. Не смотрите!

– Был ли в книге жизненный момент, который вам дался сложнее всего?

 – Про бабулю, конечно. И мама тоже с ней сохранила единственную фотографию. В цыганской юбке, которая собиралась из кусочков, она гремела на всю округу. Женщина-ураган была. Ее уже нет, таких уже нет – про нее надо отдельную книгу. Вот помирать буду, напишу про бабушку.

Вообще, когда писал, понял, что если у меня были вопросы к самому себе, то здесь я на них сам себе и ответил. Для меня это стало удивлением, откровением. Расставил по пунктам все вопросы и понял, что самая главная радость – это, слава богу, что сейчас со мной моя мама. Двадцать пять лет общения не было. И мама разрешила про это написать.

– Вы отметили, что писали книгу с прицелом на киноисторию. А главного героя на себя самого приметили уже?  

– Первый в списке – актер Никита Кологривый. Он первое, что сразу пришло. Чувак нравится. Зубов, правда, до хрена во рту, но это легко закрасить, и будет видно, что дырка. И в очечках тоже, как и я. Думаю, Кологривый согласится. Тогда хоть поржем. 

– Вот интересно, какую музыку вы слушаете, кроме своей, конечно? 

– Свои приходится слушать, но уже подустал 35 лет петь и слушать одни и те же песни. Молодежь еще тоже приходится слушать. В последнее время все чаще обращаются. А так доброе-старое по утрам: Vaya Con Dios с ее «Ней-на-нэ-ны», Лиза Стэнсфилд… Я вот про это все. Джаз еще. Да до фига музыки хорошей было. Иногда наших «стареньких» включаю, не допотопных, конечно, но не скажу кого.

– А по книгам что? Раз уж все мы здесь сегодня собрались на ярмарке интеллектуальной литературы.

– Признаться честно? В детские годы ни хрена не читал. Затем, чуть постарше, – немножко Цветаеву, немножко Есенина. Я как-то больше про стихи. А еще в школьные годы обожал журнал «Хочу все знать», даже два номера из библиотеки навсегда «зачитал». Но свою книгу придется прочитать. И дочитать.

Катерина Кулагина

Шеф-редактор