Искусство

20 октября

«Фильм – это образ мысли художника»: интервью с главредом проекта Artarea Doc Даниилом Капланом

В этом году канал авторского кино о художниках Artarea Doc отмечает пятилетие.

автор Евгений Елисеев

По случаю круглой даты команда проекта провела выставку своих авторов в «Книжной Палате» в Черниговском переулке. Главный редактор Artarea Doc Даниил Каплан поделился в беседе с журналом Клео.ру подробностями о концепции выставки, механике работы с аудиторией и способах сохранять индивидуальное видение в творчестве. Спойлер: придется отбросить сомнения и отнестись к проблемам по-философски.

Даниил Каплан, редактор канала авторского кино о художниках Artarea Doc, режиссер нескольких документальных фильмов: о Михаиле Тихонове, Игоре Ермолаеве, Николае Тесенкове, Даниле Меньшикове и других. С августа 2020 года – организатор и сопродюсер основных мероприятий и инициатив Artarea Doc. Даниил также пишет о художниках для сетевых медиа.

– Даниил, в этом году проект Artarea Doc отмечает пятилетие. Цели, которые вы с командой ставили при запуске проекта и которые видите перед собой сейчас, отличаются?

– Цель у творческого человека принципиально не расходится с общим настроением жизни: хочется испытывать постоянный интерес к тому, что делаешь. Поддержание этого интереса – хорошая цель, достойная; потеря интереса грозит человеку катастрофой. И поэтому цель у Artarea Doc одна – вселить позитивный настрой, отразить возможности художника сохранять цельность своего мировоззрения и существования.

Позитивный настрой не обязательно означает вечный оптимизм и обещание того, что хмарь рассеется и взойдет солнце. Путь размышления, основанный на приобретенном личном опыте, служит укреплению чувств, подавляющих тревогу и растерянность. Так в человеке формируется его внутренняя природа. Велика ли в этом потребность у современного зрителя? На мой взгляд, недостаточна.

Если говорить о цели нашего «артельного» объединения, она не изменилась – менялось отношение к организации работы. Вначале мы только создавали фильмы очень узкой группой, затем расширились в своеобразную артель: ступив на путь приглашения авторов, немного переняв природу СМИ. Наконец, мы начали организовывать выставки.

– Что думаете о зрительской реакции? Изменилось ли восприятие аудиторией мира авторского кино и сопутствующих ему «продуктов» – обсуждений, выставок, лабораторий – за этот период?

– Главный наш зритель – он же и художник. Очень точно отвечает на вопрос «Каждый ли человек художник?» Михаил Тихонов, герой одного из первых наших фильмов: «Да, каждый, только не каждый об этом знает». Круг наших зрителей образуется из людей, не чужих искусству. Artarea Doc соединяет профессионалов и стремящихся к творческой самоотдаче авторов. Постепенно мы приобретаем внимание зрителей – не в ущерб качеству и индивидуальной авторской интонации наших работ.

– Проект Artarea Doc ведет свою активность как в телеграм-канале, так и оффлайн на мероприятиях. Мессенджер в данном случае выступает первичным этапом, на котором аудитория знакомится с проектом для дальнейшего общения вживую, или же онлайн– и оффлайн-форматы равноценны и функционируют автономно?

– Не хочется делить аудиторию на малый и на широкий круг, ведь у авторской интонации восприятие всегда индивидуально. Телеграм-канал Artarea Doc позволяет держать связь с самыми отзывчивыми зрителями и отражает нашу непрерывную активность. У нас есть страницы и в других социальных сетях, где объединены участники сложившейся вокруг наших фильмов общественной жизни. В сети доступны к просмотру уже больше пятидесяти картин Artarea Doc. Выход фильма на канале не заменяет собой живой встречи, совместный просмотр создает особенные, совсем другие ощущения. Поэтому онлайн и офлайн друг друга дополняют, но не конкурируют между собой. Равноценными их в то же время назвать нельзя. Я предпочитаю живую встречу, онлайн-формат позволяет преодолеть отсутствие такой возможности.

– Выставка «В тени гнезд на аллеях памяти» (18+) в Книжной палате в Черниговском переулке собрала работы семи кинорежиссеров. Какую роль вы отводите каждому из авторов на выставке? Что стало фокусом внимания?

– Так мы назвали юбилейную выставку Artarea Doc, соединившую семь персоналий, семь художников, с которыми нас связывает настоящее и прошедшее: это Михаил Тихонов, Игорь Ермолаев, Александр Русов, Айгерим Сыздыкова, Максим Демин, Света Элис и Сен Бейон. О трех художниках уже вышли наши фильмы, о трех скоро будут, одна работа – в процессе. Между авторами существуют определенные сходства, и не только в поэтическом смысле. Главное – созвучие нашему общему делу. Подробно замысел концепции я описал в тексте, который размещен на сайте Патриаршего подворья.

Шарм пространства и уникальность Книжной палаты в Черниговском переулке, на мой взгляд, усиливают звучание выставки. Акцент добавляют и «режиссерские» фотографии художников. Для меня фильм – это образ мысли художника, в то время как фотография передает его натуру. В фильме все совокупно: речь и почерк.

– Периодически кинопоказы Artarea Doc проходят в галереях. Например, во второй половине октября состоится премьера фильма Михаила Молочникова в московской галерее Cube. Это действительно достаточно камерный формат. Выход же фильма на большой экран в идеале ведет к популяризации работы. Как вы видите себе этот баланс между сохранением нишевого, творческого посыла проекта и расширением его аудитории?

– Михаил Молочников как проводник философии буддизма – сеятель бесконечного умиротворяющего позитива. Для современного зрителя он важен и необходим, а что касается охвата аудитории, на мой взгляд, не может быть малой аудитории и большой, во всяком случае для философии буддизма, а к охвату аудитории важно относиться философски. Если смотреть через призму буддистской философии – все мы объединены кругом Сансары, всеобъемлющим опытом бесконечного пути.

Другое дело – управление своими внутренними возможностями: должный уровень качества и самоотдачи. Целью на ближайшее время я бы назвал разработку общей платформы и создание механизма, обеспечивающего поддержку и развитие внутри нашего сообщества. Здесь важно подойти к делу рационально, без излишнего идеализма.

– Что бы вы, возможно, хотели внедрить в проект, но пока по каким-то причинам считаете недоступным?

– Я бы хотел большего вовлечения галеристов, коллекционеров, меценатов в нашу работу. Ради этой цели мы с командой постоянно экспериментируем, развиваем рубрики и ищем нетривиальные подходы к обобщению накопленного нами уникального материала – фонда-коллекции Artarea Doc.

– Потенциальный зритель интересуется направлением авторского кино, но ничего подобного раньше не видел, боится не понять замысел режиссера и в принципе не знает, с чего начать. Что ему посоветуете?

– Авторское кино помогает: найти, увидеть, почувствовать, принять. Гуманитарная культура предполагает опыт взгляда и осознания. Я читаю в основном мемуары – художественная литература меня не завораживает, то же самое могу сказать о кино. Авторское кино, игровое и неигровое, в моем понимании, род мемуаристики. Когда я при чтении обнаруживаю созвучие с автором, я вижу его судьбу. В этом смысле для меня Пушкин, Лермонтов, Фассбиндер, Авербах, Ален Рене – все мемуаристы.

Какой совет я могу дать начинающему зрителю? Не бойтесь не совпасть с видением автора. Не думайте, что нужен ВГИК, чтобы что-то понимать в авторском кино. Гораздо хуже остаться в глухом и абсолютном одиночестве. Главный ваш союзник – ваш собственный внутренний голос, но даже если подобное не случилось, не бойтесь этого состояния и не вините себя. Обратитесь к авторскому взгляду – и придет общение. Именно общение самым наглядным образом формирует мысль.

– Какими планами в рамках развития Artarea Doc вы готовы поделиться с читателем?

– Будущее определяется способностью человека слышать ощущения относительно случившегося. Если говорить о наших «артериальных» планах – хочется добавить внимания к деталям, к существенным каждодневным мелочам из жизни художника. В частности, мы планируем повысить свою активность в соцсетях, здесь важна разработка содержания контента с такой же авторской отдачей, как мы относимся к фильмам.

Мы также будем развивать рубрики: например, мы уже осуществили первый фильм рубрики «Эклектический пунктир» о способности жить, творить, не унывая, и рубрику «Художник в художнике» – о взаимовлиянии художественной природы и формировании самосознания художника. К этой рубрике относятся фильмы: «Василий Чекрыгин» Михаила Тихонова (16+), «Григорий Сорока» Валерия Бабина (16+). Art | No hope («Искусство в отсутствии надежды») – рубрика о способности художника существовать, откликаясь на общественные события. Мы также думаем продолжать фокусироваться на сложном портретном жанре и работать над привлечением новых авторов-документалистов.

Рекомендуемое возрастное ограничение для информационной продукции проекта Artarea Doc – 16+. Подробности конкретных событий, а также условия их посещения смотрите на сайте проекта.

Искусство

13 апреля

Двигаясь к мечте, или шедевры мировой хореографии: фильм «Нуреев. Белый ворон» Рэйфа Файнса

Двухчасовой триптих о жизни танцовщика Рудольфа Нуреева вышел в российский прокат в 2019 году.

автор Евгений Елисеев

Рудольф Нуреев (1938, Приморский край, СССР – 1993, Франция) – легендарный артист балета, успевший сделать карьеру как на родине, так и в нескольких странах Европы, включая Францию и Великобританию. Солист Ленинградского театра оперы и балета имени Кирова (ныне Мариинского театра) в 1958–1961 гг., Нуреев бежал из Советского Союза в Париж, где ходатайствовал о предоставлении ему политического убежища – неслыханно дерзкое для того времени заявление.

Экстравагантные выходки Нуреева, его свободолюбие и несговорчивость были неотделимы от его сценического таланта: на зрелом этапе творчества Рудольф Хаметович давал порядка двух сотен выступлений в год, танцевал в дуэтах с ведущими балеринами западных театров, такими как Марго Фонтейн и Лилиана Кози, и даже руководил труппой Парижской оперы.

Как «невозвращенцу», Нурееву долгое время был запрещен въезд в СССР: вернуться на родину впервые он смог в 1987 году (для того чтобы проститься с матерью); двумя годами позднее он уже пересек границу по официальному приглашению Кировского театра и исполнил партию Джеймса в балете «Сильфида». В последние годы жизни танцовщик преимущественно дирижировал и занимался коллекционированием предметов искусства – выступать на сцене Нуреев уже не мог по состоянию здоровья.

Фильм «Нуреев. Белый ворон» (2018), снятый британским актером и режиссером Рэйфом Файнсом, повествует историю борьбы и творческого зенита молодого Рудольфа Нуреева. Роль танцовщика исполнил солист Татарского театра оперы и балета Олег Ивенко. В картине также приняли участие Адель Экзаркопулос, Сергей Полунин и Равшана Куркова. К слову, и сам Файнс появился в кадре – в небольшой, но важной роли наставника Нуреева, Александра Пушкина.

Съемки двухчасовой картины проходили сразу в нескольких странах: в Великобритании, во Франции, в Сербии и даже в США. Хотя сцены с корпящим у балетного станка Нуреевым, равно как и видовые кадры у здания театра, создают очень «петербургское» ощущение. Действие в «Белом вороне» раскрывается линейно: от попыток Нуреева поступить в Ленинградское хореографическое училище в возрасте 17 лет до его триумфа в Париже и отказа возвращаться на родину.

Успехи и неудачи героя на экране объясняются одинаково – упорством героя: Нуреев всегда настаивает на своем, будь то «нежелательная для гражданина СССР» дружба с иностранцами на гастролях, покупка того самого игрушечного поезда или выдворение несимпатичного ему преподавателя из зала во время репетиции. Рудольф Нуреев – личность сложная и мало кому понятная, но ему, гению танца и великолепному артисту, это чаще всего прощается, ведь искусство превыше всего.

В интервью порталу «Кинопоиск» режиссер картины Рэйф Файнс развенчивает сразу несколько популярных заблуждений о «Белом вороне». Во-первых, отмечает Файнс, фильм – не байопик, а рассказ об интересующем его самого периоде творчества молодого Нуреева – с небольшим экскурсом в детство героя в черно-белых сценах: жизнь в деревне, первые уроки танцев, мамины глаза, голос отца, вернувшегося с фронта). Личная жизнь артиста балета в фильме раскрывается скорей через намеки – например, в сцене его мимолетного романа с Ксенией Пушкиной и в последующих отношениях с немецким коллегой Тейя Кремке.

О том, что произошло после отказа Нуреева вернуться в Советский Союз, картина Файнса умалчивает: финальная сцена «Белого ворона» напоминает боевик, в котором каждая из сторон (советские и французские представители власти) играет на опережение, стремясь убедить танцовщика сделать «верный» выбор. По сюжету, Нуреев, полностью осознавая прекарность своего положения, решает остаться во Франции, о чем гордо сообщает журналистам. В реальности Франция так и не предоставила убежище артисту балета, что вынудило Нуреева отправиться в длительные гастроли по Европе.

Второй момент, который Рэйф Файнс считает принципиально важным для понимания его работы, – это то, что балет в ней не главное. В «Белом вороне» много танца, изящно срежиссированного движения – создателям фильма удалось воссоздать дух высокого искусства (недаром Файнс приглашал на основные роли только профессиональных танцовщиков и брал консультации у ведущих хореографов). Однако «Нуреев. Белый ворон» не рассказывает о перипетиях мира балета, как это делают, например, кинодрамы «Большой» (2016) и «Джойка» (2023). В видении Рэйфа Файнса вопрос цены успеха, в частности, сценического – второстепенен, в то время как центром повествования выступает история художника, неустанно прокладывающего свой путь к свободе (который, как легко предположить, лежит через искусство).

Следуя такой логике, на месте Нуреева в фильме Файнса мог быть любой живописец, композитор, поэт – иначе, творец, остро чувствующий проблемы правды и красоты. Почему же тогда режиссер все-таки посвятил работу Нурееву? Вполне возможно, что являясь многолетним поклонником русской культуры, Рэйф Файнс воспринял работу над картиной о русском артисте балета как своего рода челлендж:

«Больше всего пугал балет <...> Я понимал, что собираюсь работать с очень особенным миром», – сообщил режиссер в беседе с порталом «Кинопоиск».

«Сгусток энергии», «чистый гений» – таким увидел Файнс молодого танцовщика и балетмейстера Рудольфа Нуреева. И решил создать «портрет художника в юности» – зрелищную, эстетически привлекательную картину, в которой мало исторических подробностей, почти нет места противоречиям и конкурирующим точкам зрения, зато есть красота «прыжка в свободу», авторского взгляда на жизнь.

Возрастное ограничение для фильмов «Нуреев. Белый ворон», а также «Большой» и «Джойка»: 18+.

Искусство

13 апреля

Шура объявил о желании пригласить Никиту Кологривого на роль о себе в будущей киноленте

Артист представил мемуары.

автор Евгений Елисеев

На прошедшей в столице международной выставке интеллектуальной литературы non/fictioN состоялась презентация автобиографической книги «Шура. Смех и слезы. Взлет, падение и новое начало звезды 1990-х». Ее автор – исполнитель хитов «Твори добро» и «Отшумели летние дожди» – не только пообщался с публикой, но и высказался о возможной киноадаптации своей жизни.

Во время беседы артист признался, что мемуары рождались под давлением команды: два года его уговаривали сесть за рукопись, чтобы в будущем создать сценарий для фильма. Причем книга, по словам певца, содержит как реальные факты, так и художественный вымысел.

На вопрос, кто мог бы сыграть самого Шуру в кино, артист ответил без промедления.

«Первый в списке – актер Никита Кологривый. Он первое, что сразу пришло. Чувак нравится. Зубов, правда, до хрена во рту, но это легко закрасить, и будет видно, что дырка. И в очечках тоже, как и я. Думаю, Кологривый согласится. Тогда хоть поржем», – сказал Шура в интервью.

Мемуары уже поступили в продажу, а сам автор только собирается дочитать собственное жизнеописание до конца. Шура признался, что шрифт в книге мелковат, но заголовки он видит прекрасно.

Искусство

13 апреля

Казань примет конкурс «Новая волна» в 2026 году

Столица Татарстана снова готовится к международному фестивалю.

автор Евгений Елисеев

Казань во второй раз станет площадкой для проведения международного музыкального конкурса молодых исполнителей «Новая волна». Решение о возвращении фестиваля в Татарстан было принято на федеральном уровне при поддержке раиса Татарстана Рустама Минниханова.

Ожидается, что в этом году программа будет расширена за счет крупных музыкальных проектов. В частности, один из дней посвятят совместной работе Димаша Кудайбергена и Игоря Крутого. Кроме того, запланирован отдельный концерт, приуроченный к 90-летию композитора Раймонда Паулса, чье творчество оказало большое влияние на отечественную эстраду.

Опыт предыдущего года показал высокий интерес аудитории к фестивалю. Телевизионный охват составил десятки миллионов зрителей, а информационная повестка вокруг конкурса активно формировалась как в СМИ, так и в социальных сетях. Организаторы рассчитывают, что проведение «Новой волны» вновь станет значимым фактором продвижения туристического потенциала Казани и усилит ее позиции как одного из ключевых культурных центров страны.

«Это событие, за которое мы боролись, и второй год подряд нашему городу будет оказано доверие на несколько дней стать музыкальной столицей нашей необъятной Родины и провести глобальное событие для нашей эстрады. Казань рада принимать гостей и в очередной раз доказать, что наш город – это место, где рождаются звезды», – сказал мэр Казани Ильсур Метшин на аппаратном совещании.

Сам конкурс традиционно ориентирован на поиск и поддержку молодых артистов. В прошлые годы в отборе участвовали тысячи заявок из разных стран, а финалисты представляли широкую географию – от стран СНГ до дальнего зарубежья. Участие в проекте дает исполнителям возможность заявить о себе на профессиональной сцене и получить выход на более широкую аудиторию.

Для проведения фестиваля в Казани ранее была создана специальная концертная площадка с современным техническим оснащением, рассчитанная на тысячи зрителей. Подобная инфраструктура позволяет проводить мероприятия международного уровня и принимать артистов первой величины.

Конкурс «Новая волна» проводится с начала 2000-х годов и за это время стал одной из ключевых платформ для развития эстрадной музыки и культурного обмена.