Искусство

30 июня

Распахивая двери: феномен квартирных выставок в музеях сегодня [Часть 2. Выставка в РОСИЗО]

Разговор о квартирных выставках приобретает новую актуальность – и не только в контексте истории искусств.

автор Евгений Елисеев

Проект «Искусство за закрытыми дверями. Квартирные выставки 1960–1980-х», открывшийся в РОСИЗО в середине июня, стал долгожданным возвращением к разговору о практиках самоорганизации советского андеграунда. Интерес к этой теме в среде отечественного искусства, помноженный на накопленный исследовательский материал, породил у кураторов желание визуального осмысления «эпохи» – через имеющиеся документы и воспоминания ее очевидцев. Необходимость провести несколько месяцев в стенах родной квартиры во время пандемии в 2020 году всколыхнуло любопытство еще более широкого круга зрителей к стилю жизни, а точней, способу существования неофициальных художников в СССР.

Современные художественные практики изобилуют отсылками к формату квартирных выставок – иногда эти идеи получают развитие на базе институций. Так, в 2015 году кураторы Оксана Саркисян и Юлия Лебедева представили масштабный проект «Духовка и нетленка. Фрагменты из жизни» (0+) в Музее Москвы, который имел неожиданное продолжение шесть лет спустя. В 2021 году выпускники кураторской программы НИУ ВШЭ и Музея «Гараж» организовали выставку «Уют и разум» (18+) о творческих поисках и озарениях московских концептуалистов – жизни, происходившей, как известно, по большей части, «за закрытыми дверями».

Отличительная черта нового проекта РОСИЗО – стремление охватить сразу несколько десятилетий проведения квартирных выставок, ориентируясь главным образом на фактическое наследие нонконформистов – их художественные работы и первые попытки документации искусства. У выставки есть не только посыл и убедительный архивный материал, но и четкая композиция, воплощенная, в том числе, в архитектуре пространства. К слову, выбор пространства – особняк Тургеневых-Боткиных в уютном Петроверигском переулке – при более пристальном взгляде предстает оправданным решением.

Штаб-квартира Выставочных залов РОСИЗО – здание с богатым историческим и творческим прошлым – подходит для проведения показов принципиально разного искусства. Вместе с тем, организаторы настоящих квартирных выставок в 1960-е–1980-е годы весьма условно выбирали место будущего вернисажа: открытия происходили в мастерских, бараках, квартирах на окраине и в центре города, в зависимости от того, что выглядело более доступным и безопасным для встреч культурного андеграунда в тот момент.

Эволюция феномена квартирных выставок в поздний советский период обозначается в экспозиции через 11 событий, каждое из которых кульминирует определенный этап развития направления. От разговоров на кухне к первым показам в мастерских шестидесятников, страшная Бульдозерная выставка и последовавшие за ней вернисажи в Измайлове и на ВДНХ, устоявшийся список квартир, где выставлялись неофициальные художники Москвы в 1970-е, внутренний курс на концептуализацию искусства… Более поздние годы существования феномена характеризуют не просто попытки самостоятельного движения, но обретшие форму (в том числе, для будущего архивирования) проекты и практики. Среди них – «Комнаты» Ирины Наховой (1983–1987), проект АПТАРТ (1982–1984), выставка в резиденции посла Мальты в СССР (1986), и, конечно, Музей МАНИ, пять папок которого были собраны с 1981-го по 1986 гг.

Движение по выставке обусловлено не хронологически, а, скорей, магистрально: через несколько стадий развития феномена, с акцентом на стихийной природе эволюционного процесса. Начинать осмотр лучше со второго этажа: в части, где только зарождаются кулуарные активности нонконформистов. Экспозиция в левом фланге этажа посвящена проекту «Музей Васи» (организатор Георгий Кизевальтер) и инициативе под названием АПТАРТ, серии выставочных проектов на базе однокомнатной квартиры художника Никиты Алексеева на юго-западе Москвы. Отсылку к АПТАРТ здесь можно рассматривать как резюмирование домашних выставочных практик в среде советского андеграунда, ведь именно проект в квартире Алексеева стал переходным типом между самоорганизацией и галереей (все еще лишенный коммерческой составляющей).

Спускаясь на первый этаж, зритель продолжает открывать более «зрелое» творчество советского альтернативного искусства. Выставка «О, Мальта» привлекла в 1986 году рекордное количество гостей в дипломатический дом на Октябрьской площади, благодаря своей необычной концепции: посвящению стране, в которой едва ли кто из участников и зрителей – граждан СССР – был или иметь шанс оказаться в те годы. Высказывание Ирины Наховой о «пяти комнатах» (а по сути, одной и той же, менявшей свои обличия на протяжении четырех лет) на Малой Грузинской улице стало заявкой на освоение жанра тотальной инсталляции советскими художниками.

Наконец, создание Музея МАНИ или Московского архива нового искусства возглавило исследовательский процесс в отношении неофициального пласта столичной культуры в 1980-е годы. Работа в рамках проекта ведется до сих пор, под руководством директора и главного хранителя МАНИ Елены Куприной-Ляхович. Важно, что раскрывая каждый этап развития квартирных выставок, кураторы проекта не дают оценку событиям, а как бы вверяют их описание непосредственным участникам и очевидцам практик. Вместо сухого анализа, зрителя встречают полулирические воспоминания, наполненные рефлексией и попытками передать атмосферу времени.

Таким образом, комментарии к работам становятся не только документальным свидетельством периода, но и элементом «ауры» выставки. Это существенный момент для кураторского высказывания, в фокусе которого находится концептуальное искусство и его документация. Говоря о последней, невозможно не упомянуть козырь проекта – архивные фотографии квартирных выставок 1970-х в объективе Валентина Серова. Словно «ген» экспозиции, снимки предметно сообщают зрителю о том, как происходила самоорганизация советских художников, – и служат ориентиром тем, кто, распахивая двери в будущее, захочет обратиться к историческому опыту.

Возрастное ограничение: 12+

Подробности выставки смотрите на сайте РОСИЗО.

Искусство

13 апреля

Двигаясь к мечте, или шедевры мировой хореографии: фильм «Нуреев. Белый ворон» Рэйфа Файнса

Двухчасовой триптих о жизни танцовщика Рудольфа Нуреева вышел в российский прокат в 2019 году.

автор Евгений Елисеев

Рудольф Нуреев (1938, Приморский край, СССР – 1993, Франция) – легендарный артист балета, успевший сделать карьеру как на родине, так и в нескольких странах Европы, включая Францию и Великобританию. Солист Ленинградского театра оперы и балета имени Кирова (ныне Мариинского театра) в 1958–1961 гг., Нуреев бежал из Советского Союза в Париж, где ходатайствовал о предоставлении ему политического убежища – неслыханно дерзкое для того времени заявление.

Экстравагантные выходки Нуреева, его свободолюбие и несговорчивость были неотделимы от его сценического таланта: на зрелом этапе творчества Рудольф Хаметович давал порядка двух сотен выступлений в год, танцевал в дуэтах с ведущими балеринами западных театров, такими как Марго Фонтейн и Лилиана Кози, и даже руководил труппой Парижской оперы.

Как «невозвращенцу», Нурееву долгое время был запрещен въезд в СССР: вернуться на родину впервые он смог в 1987 году (для того чтобы проститься с матерью); двумя годами позднее он уже пересек границу по официальному приглашению Кировского театра и исполнил партию Джеймса в балете «Сильфида». В последние годы жизни танцовщик преимущественно дирижировал и занимался коллекционированием предметов искусства – выступать на сцене Нуреев уже не мог по состоянию здоровья.

Фильм «Нуреев. Белый ворон» (2018), снятый британским актером и режиссером Рэйфом Файнсом, повествует историю борьбы и творческого зенита молодого Рудольфа Нуреева. Роль танцовщика исполнил солист Татарского театра оперы и балета Олег Ивенко. В картине также приняли участие Адель Экзаркопулос, Сергей Полунин и Равшана Куркова. К слову, и сам Файнс появился в кадре – в небольшой, но важной роли наставника Нуреева, Александра Пушкина.

Съемки двухчасовой картины проходили сразу в нескольких странах: в Великобритании, во Франции, в Сербии и даже в США. Хотя сцены с корпящим у балетного станка Нуреевым, равно как и видовые кадры у здания театра, создают очень «петербургское» ощущение. Действие в «Белом вороне» раскрывается линейно: от попыток Нуреева поступить в Ленинградское хореографическое училище в возрасте 17 лет до его триумфа в Париже и отказа возвращаться на родину.

Успехи и неудачи героя на экране объясняются одинаково – упорством героя: Нуреев всегда настаивает на своем, будь то «нежелательная для гражданина СССР» дружба с иностранцами на гастролях, покупка того самого игрушечного поезда или выдворение несимпатичного ему преподавателя из зала во время репетиции. Рудольф Нуреев – личность сложная и мало кому понятная, но ему, гению танца и великолепному артисту, это чаще всего прощается, ведь искусство превыше всего.

В интервью порталу «Кинопоиск» режиссер картины Рэйф Файнс развенчивает сразу несколько популярных заблуждений о «Белом вороне». Во-первых, отмечает Файнс, фильм – не байопик, а рассказ об интересующем его самого периоде творчества молодого Нуреева – с небольшим экскурсом в детство героя в черно-белых сценах: жизнь в деревне, первые уроки танцев, мамины глаза, голос отца, вернувшегося с фронта). Личная жизнь артиста балета в фильме раскрывается скорей через намеки – например, в сцене его мимолетного романа с Ксенией Пушкиной и в последующих отношениях с немецким коллегой Тейя Кремке.

О том, что произошло после отказа Нуреева вернуться в Советский Союз, картина Файнса умалчивает: финальная сцена «Белого ворона» напоминает боевик, в котором каждая из сторон (советские и французские представители власти) играет на опережение, стремясь убедить танцовщика сделать «верный» выбор. По сюжету, Нуреев, полностью осознавая прекарность своего положения, решает остаться во Франции, о чем гордо сообщает журналистам. В реальности Франция так и не предоставила убежище артисту балета, что вынудило Нуреева отправиться в длительные гастроли по Европе.

Второй момент, который Рэйф Файнс считает принципиально важным для понимания его работы, – это то, что балет в ней не главное. В «Белом вороне» много танца, изящно срежиссированного движения – создателям фильма удалось воссоздать дух высокого искусства (недаром Файнс приглашал на основные роли только профессиональных танцовщиков и брал консультации у ведущих хореографов). Однако «Нуреев. Белый ворон» не рассказывает о перипетиях мира балета, как это делают, например, кинодрамы «Большой» (2016) и «Джойка» (2023). В видении Рэйфа Файнса вопрос цены успеха, в частности, сценического – второстепенен, в то время как центром повествования выступает история художника, неустанно прокладывающего свой путь к свободе (который, как легко предположить, лежит через искусство).

Следуя такой логике, на месте Нуреева в фильме Файнса мог быть любой живописец, композитор, поэт – иначе, творец, остро чувствующий проблемы правды и красоты. Почему же тогда режиссер все-таки посвятил работу Нурееву? Вполне возможно, что являясь многолетним поклонником русской культуры, Рэйф Файнс воспринял работу над картиной о русском артисте балета как своего рода челлендж:

«Больше всего пугал балет <...> Я понимал, что собираюсь работать с очень особенным миром», – сообщил режиссер в беседе с порталом «Кинопоиск».

«Сгусток энергии», «чистый гений» – таким увидел Файнс молодого танцовщика и балетмейстера Рудольфа Нуреева. И решил создать «портрет художника в юности» – зрелищную, эстетически привлекательную картину, в которой мало исторических подробностей, почти нет места противоречиям и конкурирующим точкам зрения, зато есть красота «прыжка в свободу», авторского взгляда на жизнь.

Возрастное ограничение для фильмов «Нуреев. Белый ворон», а также «Большой» и «Джойка»: 18+.

Искусство

13 апреля

Шура объявил о желании пригласить Никиту Кологривого на роль о себе в будущей киноленте

Артист представил мемуары.

автор Евгений Елисеев

На прошедшей в столице международной выставке интеллектуальной литературы non/fictioN состоялась презентация автобиографической книги «Шура. Смех и слезы. Взлет, падение и новое начало звезды 1990-х». Ее автор – исполнитель хитов «Твори добро» и «Отшумели летние дожди» – не только пообщался с публикой, но и высказался о возможной киноадаптации своей жизни.

Во время беседы артист признался, что мемуары рождались под давлением команды: два года его уговаривали сесть за рукопись, чтобы в будущем создать сценарий для фильма. Причем книга, по словам певца, содержит как реальные факты, так и художественный вымысел.

На вопрос, кто мог бы сыграть самого Шуру в кино, артист ответил без промедления.

«Первый в списке – актер Никита Кологривый. Он первое, что сразу пришло. Чувак нравится. Зубов, правда, до хрена во рту, но это легко закрасить, и будет видно, что дырка. И в очечках тоже, как и я. Думаю, Кологривый согласится. Тогда хоть поржем», – сказал Шура в интервью.

Мемуары уже поступили в продажу, а сам автор только собирается дочитать собственное жизнеописание до конца. Шура признался, что шрифт в книге мелковат, но заголовки он видит прекрасно.

Искусство

13 апреля

Казань примет конкурс «Новая волна» в 2026 году

Столица Татарстана снова готовится к международному фестивалю.

автор Евгений Елисеев

Казань во второй раз станет площадкой для проведения международного музыкального конкурса молодых исполнителей «Новая волна». Решение о возвращении фестиваля в Татарстан было принято на федеральном уровне при поддержке раиса Татарстана Рустама Минниханова.

Ожидается, что в этом году программа будет расширена за счет крупных музыкальных проектов. В частности, один из дней посвятят совместной работе Димаша Кудайбергена и Игоря Крутого. Кроме того, запланирован отдельный концерт, приуроченный к 90-летию композитора Раймонда Паулса, чье творчество оказало большое влияние на отечественную эстраду.

Опыт предыдущего года показал высокий интерес аудитории к фестивалю. Телевизионный охват составил десятки миллионов зрителей, а информационная повестка вокруг конкурса активно формировалась как в СМИ, так и в социальных сетях. Организаторы рассчитывают, что проведение «Новой волны» вновь станет значимым фактором продвижения туристического потенциала Казани и усилит ее позиции как одного из ключевых культурных центров страны.

«Это событие, за которое мы боролись, и второй год подряд нашему городу будет оказано доверие на несколько дней стать музыкальной столицей нашей необъятной Родины и провести глобальное событие для нашей эстрады. Казань рада принимать гостей и в очередной раз доказать, что наш город – это место, где рождаются звезды», – сказал мэр Казани Ильсур Метшин на аппаратном совещании.

Сам конкурс традиционно ориентирован на поиск и поддержку молодых артистов. В прошлые годы в отборе участвовали тысячи заявок из разных стран, а финалисты представляли широкую географию – от стран СНГ до дальнего зарубежья. Участие в проекте дает исполнителям возможность заявить о себе на профессиональной сцене и получить выход на более широкую аудиторию.

Для проведения фестиваля в Казани ранее была создана специальная концертная площадка с современным техническим оснащением, рассчитанная на тысячи зрителей. Подобная инфраструктура позволяет проводить мероприятия международного уровня и принимать артистов первой величины.

Конкурс «Новая волна» проводится с начала 2000-х годов и за это время стал одной из ключевых платформ для развития эстрадной музыки и культурного обмена.