Банальная история

автор Виктория Викторова

(продолжение, начало)

Весь вечер пили чай, обсуждали что делать дальше. Квартиры им теперь не видать, а у ее родителей двухкомнатная, вроде бы тесно. Решили договориться с его родителями на время убежище на ночь. А весь день молодые будут жить у ее родителей. Димка быстро сбегал к себе домой провел переговоры с мамой. Было дано добро.
Когда не следующий день они втроем нарисовались на пороге его родителей, то свекровь пропустив своего сына, захлопнула дверь перед детской коляской, в которой сидел Женька и ее носом. Ей ничего не оставалось, как только развернуться и двинуться в обратном направлении. Они здесь были не нужны.
По дороге она размышляла. За что они с ней так. Она ничего им плохого не сделала. Она вылизывала их грязную квартиру. Она кормила их, составляя на каждый ужин разное меню. Она ни разу не просила никого посидеть с ребенком. Она всегда надеялась только на себя и своих родителей. Которые всегда выполняли свои обещания. За что?… Неужели они взрослые люди уже не помнят, как они начинали тяжело жить. Неужели они не хотят хоть как-то морально поддержать своего сына, поставить его на верный путь. Он и так свою семейную жизнь начал с ошибок, больших ошибок.

Через неделю ее отец собрал все свои сбережения, немного занял у знакомых, обзвонил все агентства и они втроем поехали выбирать квартиру. Бабушка осталась с внуком.
Они нашли уютную однокомнатную квартиру, недалеко от ее родителей в 300 метрах. Их окна квартир смотрели друг на друга. У отца еще остались деньги и он подарил дочери красивый кухонный гарнитур. Мебель в комнату собирали из всего, что было у родителей. Самое необходимое было установлено в их первой квартире. Ремонт сделали за неделю. Никто из ее знакомых и не мечтал о таком подарке — квартира. Ей жутко завидовали подруги, которые ютились с родителями, или снимали квартиры. А завидовать было нечему. Жизнь у них так и не клеилась. Он не мог найти работу. Объясняя ей тем, что грузчиком он не пойдет — спину срывать, а охранником — проработал три месяца — мало платят, он не хочет работать на дядю, он хочет сразу больших денег. Поэтому проще ничего не делать, а сидеть у ее отца на шее. "Все равно твой отец добрый, он заинтересован, чтобы я жил с тобой" — так он мотивировал свое нежелание работать. Она сидела с годовалым ребенком. Они так и продолжали зависеть от ее родителей. Так они прожили целый год.
В ноябре у него был день рождения. Она пригласила родителей и его и своих. Его родители не пришли, но пришли его друзья, которые постоянно его вытаскивали вечером на прогулки, попить пиво, иногда он не приходил ночевать. Друзья прекрасно знали о том, что молодым тяжело сейчас и в финансах и в своих взаимоотношениях. Зато они подарили Димке шикарные подарки: вантоз — для чистки засоренных раковин и аудио кассету с классической музыкой.
О первой годовщиной совместного проживания — "брака" он даже и не вспомнил, в очередной раз удалившись попить пивка с друзьями.
На свой день рождения она приготовила ужин на двоих, она еще надеялась создать романтическую обстановку, ей хотелось начать жить с мужем с самого начала. Чтоб забыть все неурядицы, которые их постоянно преследовали. Но…
Открывается дверь, вваливается толпа мужиков, среди них уже поддатый муж. И вместо "поздравляю" на стол ставится бутылка водки. Весь ужин сметается за две минуты. Она ушла с кухни закрыла за собой дверь. Легла вместе с малышом спать. Крики продолжались до утра. Нагулявшаяся компания замолкла и разошлась. Муж завалился спать на полу.
На утро она пыталась с ним поговорить. Что делать? Как дальше жить?
— А что тебя не устраивает? — спросил он
— А что меня должно устраивать?
— У тебя есть муж — т.е. я, вот и радуйся, а то сидела бы сейчас мать-одиночка. У ребенка есть отец, вот и этому тоже радуйся. А не нравится я сейчас уйду, и … ты меня найдешь.
— Уйти легче всего.
— А что я должен все проблемы решать. Я вообще тебе не обязан.
— А ребенок, ты даже ребенку ни разу ничего не купил. У него скоро день рождения.
— Не я его рожал.

Она вышла из декретного отпуска на работу. Женка оставался с бабушкой — она не работала. Татьяна стала хорошо зарабатывать. У нее появились свои деньги. Она пыталась как можно реже брать у родителей деньги. Она не говорила мужу, сколько получала, но постоянно выделяла деньги ему на питание. Он мог себе позволить недельную зарплату спустить за один день, когда она постоянно отказывала себе во всем.
Он временно устроился на работу, но денег в дом не приносил. Она знала, что у него открыт счет в банке и он копит деньги на компьютер — его давняя мечта.
Ссоры постоянно продолжались. Он часто не ночевал дома.
После очередной ссоры за ним громко хлопнула дверь. "Что с нами будет дальше?". Так жить было не выносимо. Он постоянно приходил пьяный, приказывал ей исполнять супружеский долг, а когда она отказывалась, он рассказывал ей как это делают другие бабы, с которыми он гуляет. Как замечательно проводил время в армии. Она была облита грязью с ног до головы. Терять его ей было страшно. Но смотреть на его выходки, на его отношения к ребенку она больше не могла.

Однажды она пошла на рынок за продуктами на улице сильный мороз, он с большого похмелья отпивался рассолом. После долгих уговоров он согласился посидеть с ребенком. Ее не было всего полчаса. Когда она вернулась маленький Женька свернувшись калачиком спал и постоянно всхлипывал, его личико было заплакано. Она кинулась к ребенку, он был мокрый. Она хотела поменять ему штанишки на сухие, а когда раздела его, ей стало плохо. Вся маленькая попка и спинка была в бордовых полосках и красная.

— Что ты сделал с ребенком, почему он спит и всхлипывает?
— А что он тут разорался. Ты ушла он сразу реветь. Я ему ремнем всыпал, он аж визжал. Повизжал да успокоился и уснул. Теперь я знаю, как его спать надо укладывать.

Она ревела. Он совсем обезумел. За что он так избил ребенка, ему еще не было и двух лет. Эту крошку, которая не может ему ответить тем же. Это была последняя капля. Она сама собрала все его вещи и выставила за дверь. Он еще долго кричал на нее: "Кому ты нужна теперь? Толстая, страшная с ребенком?".

Женькин день рождения два года она праздновала со своими родителями. Ей было легко и весело. Она впервые была так рада за все успехи ребенка. Он уже бегал, говорил: мама, баба, деда. Слово "папа" было вычеркнула из списка новых слов.

В суде с разводом долго тянули. То судья в отпуске, то ждите.
Вот и настал тот день. День ее освобождения от этого жуткого брака. Она оделась как на праздник. Всем своим видом она хотела ему сказать "Я не о чем не жалею, мне так хорошо, я так счастлива".
На ее удивление, после того как зачитали ее бракоразводный иск, судья даже не предлагал ни примирения, ни время для раздумывания.
Они вышли из здания суда.
— Я никогда не думал, что ты осмелишься подать на развод. Все так неожиданно (у него даже тряслись руки).
— Да у меня много было неприятных неожиданностей. Теперь, я надеюсь, у меня будут только приятные.

Она поехала на работу. Он ушел в другом направлении.

Вечером она со своей подругой отмечала свой развод. Это был праздник. Они вдвоем выпили две бутылки шампанского. Они строили большие планы на новую жизнь.
— Ты знаешь. Я почему-то счастлива. У меня давно не было такого хорошего настроения. Вроде развод — плакать надо, а мне весело.
— Ты идиотка. Ты осталась без мужа с ребенком и так счастлива. А может ты и права. У тебя все еще впереди.
— Да, у меня все еще впереди.

Подруга ушла домой. Татьяна тихонько подошла к своему спящему малышу. Легла рядом с ним на кровать и долго ему шептала о том, как они будут жить счастливо, спокойно. О том, как она его сильно любит. Что он один для нее на целом свете и нет нигде такой маленькой любимой кровинки как он — ее малыш. Женька мирно посапывал, раскинув свои маленькие ручонки по подушке. Ему было тепло и уютно рядом со своей любимой мамочкой.

Татьяна Д.

С десяти до семи

автор Стас Nox

Спи моя радость усни-и-и
В доме погасли огнии-и-и.
Птички заснули в саду-у-у…

Ну, что ты не спишь? Засыпай солнышко, засыпай сыночек. Вот твоя соска. Закрывай глазки.… Давай я тебе дедушкину песенку спою.

Эх, дороги-и-и…
Пыль да ту-у-уман…
Холода, тревоги-и-и…
Да сухой бурья-а-ан…

Мама с малышомЧто пою? Песню пою. Колыбельную. Я ж не виновата, что дед других песен не знает. Как бороться? Какая разница? Засыпает ребенок — и хорошо. В конце концов, это твой отец! Вот и разбирайся! А я ему благодарна! Хоть выйти из дома иногда могу. Конечно, ты лучше знаешь! На! Попробуй! Укачай!… Иди ко мне солнышко! Не плачь, маленький.… Баю-бай, баю-бай.… Эх, дороги-и-и.… Вот и хорошо. Чмок-чмок. Вот и спи, мой мальчик золотой. Спи, родной…

Малый, ты спать собираешься? Какая алгебра?! Ты же сказал, что ничего не задали! Поговорил с Пашкой и решил все-таки сделать…Ты на часы смотрел? И что ты там увидел? Хорошо. Сколько тебе осталось? Через пятнадцать минут, чтоб был под душем! Утром ты туда точно не попадешь! Встаешь в последнюю минуту! Давай, пожалуйста, без споров. Что там с алгеброй? Функция, функция.… Дай подумать.… Сейчас вспомню.… Кажется так. Подожди, а вдруг неправильно? Может быть, я каким-то старым методом решала. Главное с ответом сошлось. Ну, все. Под душ и в койку. Чмок-чмок, спокойной ночи. Спи, мой мальчик золотой. Спи, родной…

Все! Уложила команду! Как у тебя дела, милый? Шеф молчит? Наберись терпения, надо ж человеку подумать…Силы найдутся всегда. А проект движется? Буклет? Оставь на день — прочитаю. Конечно, и правку внесу, и раздел допишу… Женька звонил.…Откуда я знаю? С машиной у него что-то.…У Люсика дети заболели.… Как бы наши не подцепили. Мы два дня назад гуляли вместе. Грипп, будь он неладен… Ты хоть сегодня обедал? Да заглатываешь, как из голодного края… Вкусно хоть? В выходные надо будет продукты закупить. Уже с дедом договорилась — посидит. А «Спят курганы темные» лучше? Или «Черный ворон»? А ты сам что поешь? «Сулико»! Ни одной колыбельной не знаешь.…Винца? С удовольствием, только чуть-чуть.… Ха-ха-ха… поставь меня на место!…Спать хочу ужасно…. Чмок-чмок, спокойной ночи. Спи, мой мальчик золотой. Спи, родной…

Что случилось? Страшилка приснилась? Не ворчи! Ребенок испугался! Пойдем, мой хороший….Расскажи… Собака — это хорошо. Кусает, значит, завидует, что мы алгебру правильно решили. Пойдем к окошку…. Святой Самсон, возьми мой сон, куда ночь — туда сон…. Попей водички… Ну, успокоился? Ложись.… Чмок-чмок, спокойной ночи. Спи, мой мальчик золотой. Спи, родной… Малыш разметался как… Дай-ка накрою… А папыч поверх одеяла… Ч-ч-ч-ч, я тебя только накрою.… Чмок-чмок. Спи…

Тихо, тихо. Не плачь… Может водички попьешь? Вот молодец…Ну, не шуми… Всех разбудишь. И папа спит, и братик спит… Иди ко мне на ручки… Вот твоя соска… Ах, она беглянка… Чмок-чмок, спокойной ночи. Спи, мой мальчик золотой. Спи, родной…Ч-ч-ч-ч, не бойся, это я. Только накрою, а то ты поверх одеяла… Чмок-чмок. Спи. А папыч разметался как… Дай-ка накрою…

хочешь? С валерьянкой? Сейчас принесу… А ты к окошку подойди… Святой Самсон, возьми мой сон, куда ночь — туда сон… Иди ко мне… Ну, успокоился? Чмок-чмок, спокойной ночи. Спи, мой мальчик золотой. Спи, родной…Малыш поверх одеяла… Накрою…Ч-ч-ч-ч… Чмок. А малый разметался как… Все. Теперь спать…

Будильник!…

Нюся

Стас Nox

Яйцо на ладони

автор Стас Nox

История эта произошла давно…
Вернее не история, а маленький эпизод из моей студенческой юности. Надеюсь, что все остальные участники его, уже давно о нем забыли. А я…. вот почему-то снова вспомнила. Многие мои сокурсницы тогда были уже вполне оформившимися женщинами. Некоторые уже встречались с парнями, одна даже была замужем.

Я же, была худенькой, хрупкой, очень высокой девчушкой, безумно стеснявшейся своего роста. Внешне ничем не примечательная. Светлые волосы были собраны на макушке и туго завязаны, аккуратно заплетены, подвернуты и заколоны… Лишь кое-где маленькие завитки непослушно шекотали длинную, открытую шею.
Карие глаза с маленьким желотовато-зелоноватыми крапинками смотрели в мир удивленно и доверчиво. Лишь иногда в их глубине пробегали шальные искорки.
В общем своего рода гадкий утенок которому еще предстояло вырости в женщину.

Ребята в группе, а их было большинство, ко мне относились хорошо, по дружески, но… никто не видел во мне девушки, все принимали за «своего парня». Свой парень, то же, в общем-то не плохо, но… несколько обидно было…
Я участвовала во всех их мероприятиях, даже играла в футбол…Да, да, не смейтесь в футбол, но по своему, руками. Если вообще мне удавалось догнать мяч. Те, против кого я играла, кричали: «не по правилам!!» Зато те, за кого я играла, кричали: «Ей можно! Она девчонка!»…
Сбегала с уроков, что бы посмотреть новый фильм, деньги данные на обед, тратила на мороженное…
В общем, во всем была как и все.

Группа была дружная. Мы не расставались даже не выходные, заполняя их вылозками на природу и вечеринками.
Я ко всем относилась хорошо, по дружески… но… был один, которого я боялась как огня, ибо, увидев его в первый раз, я поняла, что не в состоянии контролировать свои эмоции. Когда он подходил, все во мне сворачивалось в комок, который подкатывал к горлу, не давая дышать, и было непреодолимое желание убежать, испариться, исчезнуть, спрятаться от его, проникающих внутрь меня, глаз. Я отводила глаза в сторону, ибо мое смуглое, почти никогда не краснеющее лицо, начинал заливать предательский румянец. Когда же он начинал говорить со мной, я заслушивалась его голосом, правда до меня плохо доходило, то, что он говорил мне, я теряла нить разговора и от этого смущалась еще больше. Под любым благовидным предлогом я удалялась.

И чем больше моя душа стремилась к нему, тем дальше я старалась от него держаться… У него была девушка, он с ней встречался, ходил в кино, и не только встречался и не только ходил в кино…
У них был роман и все об этом знали, конечно же знала и я. Но от этого мне было не легче. В общем все банально… Я любила его.. Он любил ее.. А она, как показала жизнь в дальнейшем, оказалась просто дрянью…

Рассказать я хочу о всего одном вечере… чудном летнем вечере.
Тихо потрескивая догорал костер, выбрасывая вверх пучки золотистых искр… Навстречу им, с бархатной глубины небес изредка срываясь, летели сверкающие зеленоватые огоньки.. Они с бешенной скоростью мчались навстречу неизвестности, рисуя на небосклоне, как-будто валшебной палочкой, то длинные, то короткие, мгновенно исчезающие линии.. Неподалеку, в траве, о чем-то своем, стрекотали кузнечики… Темнота висела совсем рядом, подступая к спинам сидящих у костра, напротив меня ребят… В воздухе пахло копченой колбасой, обгоревшим хлебом, печеной картошкой, малосольными огурчиками и смолистым дымком, который пропитал насквозь не только всю одежду, но и все тело. Казалось оно было таким же подкопченым, как та краковская колбаса, что дымилась на ореховом прутике над толстыми переливающимися всеми цветами радуги головешками.

Я сидела, глядя на все это великолепие искр и звезд, щурясь порой от повернувшего внезапно в мою сторону дыма. Бледный лик луны висел почти над нашими головами. Ей было скучно там, одной. Вот она и присматривала за нами щурясь так же, как и мы, от дыма костра. Кто-то бренчал на гитаре, кто-то тихонечко пел… ОН стоял чуть в стороне, в окружении нескольких ребят. Я слышала их приглушенные голоса, но не разбирала слов. Неожиданно разговор смолк. Затрещали мелкие сухие веточки, в изобилии разбросанные вокруг костра, под их ногами. Они подошли ко мне.
«Знаешь, я вот с ребятами поспорил, что ты сможешь раздавить яйцо, одной рукой, пальцами, а они не верят, мол яйцо так не раздавить, его нужно обязательно стукнуть обо что-то» — сказал Он.
Я смотрю на них, чувствую, что от волнения сердце мое сжалось, плохо понимаю, что он от меня хочет…
Он вложил мне в ладонь яйцо. — «Дави!»
Наконец, до меня доходит, что ему нужно, что бы я раздавила яйцо, он поспорил….
Я понимаю, что оно раздавится, если я сожму пальцы…
Все, затаив дыхание, смотрят на меня.
«Я не могу его подвести… он ведь проиграет» — проносится в голове неизвестно откуда взявшееся решение.
Я сжимаю пальцы… и…
Повисшую тишину, разрывает веселый смех…
Яйцо сминается у меня в руке.
Между пальцев просачивается его липкое содержимое и длинными каплями нехотя падает в траву мне под ноги.
У меня на глазах навернулись слезы.
А уже через миг они, обгоняя друг друга, кривыми струйками побежали по щекам.
Я не обращаю на них внимания, не вытираю…
Я просто смотрю на Него.

Надежда СВЕТЛОВА

Стас Nox

Русалка в васильковом платье

автор Стас Nox

ВасилькиВсемирная компьютерная паутина коварно расставляет сети, заманивая новых «чайников» в свой виртуальный мир. Ах, какой восторг! И в экран компьютера выплевывается все свободное время. Важнейшее составляющее российского менталитета — «было б только с кем поговорить» — сполна реализуется в чате (сhat). Chat (а по-русски: просто треп в реальном времени с другим, подсевшим на сеть индивидуумом) — одно из самых захватывающих развлечений Интернета. В треп уходя с головой, «чайник» в обыденной жизни бродит как тень. Иллюзорная близость с компьютерным собеседником приятно будоражит его кровь и пробуждает воображение. Он решается на встречу с интернет-партнером в реале, но ее исход может быть самым неожиданным.

Однажды вечером ко мне буквально ворвалась давняя приятельница Ирка, окинув взглядом рассвирепевшей тигрицы комнату, она вдруг с ненавистью просверлила глазами компьютер:
-Слушай, Колесников изменяет мне с таким же вот ящиком!
— Фантастика!- рассмеялась я — Прямо на твоих глазах? И как часто?
— Напрасно ерничаешь! Моя семья на грани…- она судорожно заглотнула воздух, — исчезновенья.

Представить эту ячейку общества «на грани» было весьма непросто. Ирка с Серегой жили вместе уже лет десять и просто излучали благополучие. Семей, где царило бы полное взаимопонимание, я не встречала. А Колесниковы входили в число немногих, неудержимо стремящихся к гармонии.

Но любой самый теплый семейный очаг подвержен кризисам. У Ирки с Серегой раздор смело шагнул в дом вместе с компьютером и подключением к всемирной паутине. Колесников, плотно подсевший на «виртуальную иглу», жену просто не замечал. Он приходил с работы, быстро заглатывал ужин и усаживался за монитор, спать уползая за три часа до подъема.

Поначалу Ирка снисходительно отнеслась к новому развлечению мужа. Через пару недель компьютерный наркоман с глазами кролика, бывший некогда любимым Сереженькой, начал раздражать. Но чаша терпения переполнилась через месяц. В тот день в коридоре перегорела лампочка, и Ирка позвала заядлого путешественника по инету ее заменить. Серега в ответ прокричал: «Погоди, Ирка, не мешай!»…А вот этого-то ему и не следовало говорить. Жену понесло, она дико заорала, что не собирается сама вкручивать лампочку, ремонтировать кран на кухне и заклеивать окна, пока муж, этот чудак на букву «м», целуется со своим компьютером. Далее из ее уст посыпался набор изысканных нелитературных фраз. Серега отреагировал нестандартно, он оторвался от монитора, потер уставшие глаза и блаженно улыбаясь сказал:
— Лапочка-лампочка… подумаешь лампочка, что такое лампочка, когда в этой квартире все… Все надо делать…
После этих загадочных слов он опять уставился в экран монитора.

Раскрасневшаяся Ирка, на ходу вытирая руки о фартук, подбежала к мужу и с силой начала трясти его за худые плечи. Но боковым зрением она уловила, что посреди экрана светится голубой квадратик с надписью «message» (письмо то бишь), а в нем по-русски набита почти цветаевская строка — «целую тебя через сотни разъединяющих верст». Серега одной рукой отстранил жену, а другой схватил «мышку» переместил стрелочку на надпись «send»(отправить), и голубой квадратик улетел в неведомом направлении, к неизвестной виртуальной подружке. Потом муж выключил компьютер и за весь вечер к нему ни разу не подошел. Жене он объявил молчаливый бойкот. Сам же, пребывая в задумчивости, с улыбкой устремил свой взгляд в другой волшебный ящик, под названием телевизор.

Через несколько дней Ирка скидала в сумку минимальный набор вещей и ушла к матери. Потосковав под тещиным крылом и сообразив, что семью терять-таки очень не хочется она пошла к подругам за советом.
— Слушай, Ир, — произнесла я, ошарашенная рассказом, — а ты знаешь адрес вашей домашней электронной почты?

Моя идея возвращения мужа в лоно семьи, с помощью интимно-виртуального трепа, Ирку позабавила. Операция под кодовым названием «Всегда online» началась успешно. Мы зарегистрировали Ирке электронный почтовый ящик и с него отправили мужу трогательное письмо от незнакомки с предложением встретиться в чате. И началось шоу. Обиженная жена в интернете придумала себе ник (прозвище) — Русалка. Серега, решив, что «Серж» прозвучит слишком откровенно, назвал себя до безумия банально — Дельфин. И…понеслась душа в рай! У Ирки горели глаза от восторга, они болтали с мужем обо всем, да так, как уже давно не общались по жизни. Причем, жена-то знала с кем имеет дело, а Колесников купался в восторженных иллюзиях. Еще бы, такое родство душ с партнершей по трепу, к тому же живущей в том же городе! Они отправляли друг другу виртуальные поцелуи, открытки и нежные почти стихотворные строки. Они говорили-говорили и говорили!

Серега представлял себе собеседницу длинноногой голубоглазой и необыкновенно чуткой блондинкой. Ирка тоже Серегу представляла… таким как есть — худым, флегматичным очкариком. Он просил отправить фотку, она отправила, но не свою. Роман развивался бурно. Печалило, что в моей квартире.

Через неделю меня стали утомлять ежедневные Иркины визиты. Через две я взвыла и предложила виртуальным влюбленным назначить встречу в каком-нибудь кафе. Серега оказался тяжелым на подъем. Переживания о том, как такая красавица отреагирует на него — обыкновенного и невзрачного — вынуждали откладывать встречу. Ирке тоже пришлось нелегко: как она объяснит свое появление? На очередном сеансе связи online она призналась, что отнюдь не длиннонога и к тому же далеко не блондинка. Серегу эти слова как ни странно воодушевили ускорить реальное свидание.

Встреча была намечена в уютном кафе, куда раньше они любили захаживать вместе. Сговорились, что Дельфин дабы его узнала Русалка будет читать журнал. А Русалка, чтобы быть узнанной, придет в васильковом обтягивающем платье.

В торжественный день Серега мчался на свидание сжимая в руках букет обалденных белых роз. Душа его пела, и только где-то глубоко-глубоко внутри червь сомнения намекал, что он женатый в некотором роде человек поступает подло по отношению к Ирке. Впрочем, Дельфин успокоил себя тем, что жена сама виновата, и насвистывая под нос что-то типа «не пара, не пара, не пара», занял в полупустом кафе самый уютный столик и уткнулся в журнал. Руки слегка подрагивали, на свидания наш герой не ходил уже целое десятилетие. Ровно в восемь Серегу стал бить мандраж. В пять минут девятого он услышал что в кафе кто-то зашел. Еще через две минуты в зале появилась Ирка… в васильковом обтягивающем платье. Она медленно, плавно подплыла к столику и произнесла: -Привет, Дельфин! Давненько не виделись.

Немая сцена… Картина называется «Не ждали». Серега схватил сигарету, затянулся, пристально заглянул в смеющиеся глаза жены и выдохнул:
-Привет, Русалка!
Поздно вечером досыта наговорившись, нацеловавшись и отрезвев от виртуальных иллюзий, наш интернет-болтун по прозвищу Дельфин философски произнес:
— Ирка, надо же, я и забыл, что вокруг идет настоящая жизнь, и она ничуть не хуже виртуальной.

Оксана СВЕТЛАКОВА

Стас Nox