Эту историю рассказал мне мой муж.
…Нашу входную дверь снимали с петель. Прежде чем позвонить в милицию я таки заглянула в глазок. Открыла. И вот, теперь, он стоял, с умилением глядя на меня, мертвой хваткой вцепившись в дверную ручку, старательно пытаясь по системе йогов вдыхать и выдыхать только в себя. В руках у него был кирпич. Уж не знаю, насколько правдоподобной сочтете ее вы — я тогда не поверила. Вернее, сначала мне было абсолютно все равно, что он там бельмечет, сокращая русские слова на американский манер — «Солн..зая…мужжгрит…уб…тя», умудряясь при этом самым невероятным образом комбинировать на своем лице выражение бессмысленного счастья и вины. Во-первых ,он должен был вернуться домой после вечеринки не в пол первого ночи, а в пол одиннадцатого. Я вся прямо извелась, пока ждала. Во-вторых, по прежнему, как и неделю назад после новоселья, не работал кран на кухне. В третьих, засорился слив в ванной. В четвертых я устала носиться с тазиками между кухней и ванной, пытаясь спасти замоченное с утра белье и помыть посуду. В пятых и одной из этих причин было более чем достаточно для моего справедливого гнева. Однако он был настойчив, а из-за его спины выглядывали две растерянные физиономии его друзей — Игоря и Антона. Игорь держал в руках кусок ржавой трубы. Антон самым неприличным образом гыгыкал, хотя было видно, что он трезв. Поэтому подсудимому таки предоставили последнее слово. Вот как выглядели события с его слов.
Вечеринку они покинули в самом разгаре, не обращая ни какого (друзья энергично замотали головами, подтверждая слова) внимания, на уговоры хозяев и веселящихся гостей. Антон и Игорь вызвались проводить его домой — они жили недалеко, а у Антона был автомобиль. К тому же они еще ни разу не были в гостях на новом месте. Сергей шел а авангарде, группа сопровождения с цветами и двумя бутылками водки затаились этажом ниже. Напевая песенку про раков Сергей начал своим ключем открывать дверь. На часах было что-то около одиннадцати. Проклятый замок никак не хотел открываться и он, чертыхаясь, пытался его провернуть и так и сяк. Раскрывать свое присутствие раньше времени не хотелось, поэтому он мучился достаточно долго, то вытягивая ключ по чуть-чуть, покачивая, то загоняя его вглубь со всей силой. Наконец, отчаявшись добиться результата, он позвонил. К его изумлению дверь тот час же распахнулась, как будто этого звонка только и ждали, как стартового выстрела. На пороге стоял здоровенный лысый мужик с наколками на правой руке. В трусах.
— Ну??? — угрожающе спросил он. У Сергея на какое-то время пропал дар речи. Очевидно, надо было как то реагировать. Как реагировать он не знал.
— Дальше то что, сопля? — тон мужика не предвещал ничего хорошего.
— Ты кто? — глупо выдавил из себя незадачливый муж.
— Конь в пальто! Катись отсюда пока цел. Твое счастье, только что в постель с бабой лег. Не до тебя. Еще раз увижу — убью!!! — рыкнул амбал, сунул ему под нос волосатый кулак и захлопнул дверь.
Сергей ошалело посмотрел перед собой… повернулся и побрел вниз. Друзья смотрели на него как на тяжелобольного, которому жить осталось от силы дня два.
— Ну блин, ну блин…, — бормотал Сергей, красный до самых кончиков ушей.
— Нам его не взять даже втроем, — пряча глаза сказал Игорь. Они немного помолчали.
— Может поехали ко мне, а? — предложил Антон. Не будешь же ты тут… Сергей как в прострации спускался вниз, следуя за друзьями. Вышли, сели в автомобиль.
— Да не расстраивайся ты так, старик!
— Игорь свинтил колпачек, сунул в руки потерпевшему бутылку — Пей! — чего добру пропадать…
Когда обе бутылки показали дно они заново пересмотрели свои шансы на успех. Новосел открыл в себе силы не только смириться с создавшейся ситуацией, но и подойти к ней с определенной долей юмора.
— Ррога — это обоюдоострое оружие, — размышлял он.
— Ага, затопчу его ногами, заколю его рогами, — мрачно подначил Антон.
— И закколю! — взорвался Сергей.
— Ты прав, старик! — вторил ему Игорь. Сразу не разбрере… не вправишь мозги, потом вдвоем за пивом посылать будут!!!
Друзья выбрались из машины и решительно двинулись на второй заход. Сергей загрохотал кирпичем в дверь.
— Стой! Твоя же этажем выше, — запоздало крикнул Антон.
Пока я решала, может ли только что услышанное хоть как-то повлиять на суровость приговора, наши гости извинились за неурочное вторжение и начали пятиться назад.
— Я щас! Пррведу. Вниз, — муж чмокнул меня в щеку.
— Куда! А ну назад!
— Солнышк… ногтам, вторая здесь, — он нагнулся и начал пытаться снять с себя ботинок.
Я захлопнула дверь. Помилование отменялось. Однако это было еще не все. Концовку я смогла услышать от Сергея только утром.
Дилинькнув пару раз звонком, он сладким голосом сообщил:- «Ирррочка, а вот и я!!!», подождал, повторил звонок и громко, выразительно, пропел: — «А я ей делал ззнаки, что у меня в пакетике раки!» Допеть он не успел. Изнутри, щелкая замком проревели : — «НУ ТЫ ДОСТАЛ МЕНЯ АЛКАШ!!!» Дверь бабахнулась об стенку. На пороге стоял все тот же мужик. Сергей кинулся назад. «СТОЙ, СУКА!» — неслось вслед.
Принесли его друзья через пол часа. Грязного, с подбитым глазом, охая и держась за бок, он все без конца бормотал — «А я ей делал знаки, что у меня в пакетике раки…» Причем теперь Антон шатался тоже.
Вы бы ему поверили? Я — так нет.
Ольга ВИКТОРОВА
Что пою? Песню пою. Колыбельную. Я ж не виновата, что дед других песен не знает. Как бороться? Какая разница? Засыпает ребенок — и хорошо. В конце концов, это твой отец! Вот и разбирайся! А я ему благодарна! Хоть выйти из дома иногда могу. Конечно, ты лучше знаешь! На! Попробуй! Укачай!… Иди ко мне солнышко! Не плачь, маленький.… Баю-бай, баю-бай.… Эх, дороги-и-и.… Вот и хорошо. Чмок-чмок. Вот и спи, мой мальчик золотой. Спи, родной…
Я же, была худенькой, хрупкой, очень высокой девчушкой, безумно стеснявшейся своего роста. Внешне ничем не примечательная. Светлые волосы были собраны на макушке и туго завязаны, аккуратно заплетены, подвернуты и заколоны… Лишь кое-где маленькие завитки непослушно шекотали длинную, открытую шею.
Всемирная компьютерная паутина коварно расставляет сети, заманивая новых «чайников» в свой виртуальный мир. Ах, какой восторг! И в экран компьютера выплевывается все свободное время. Важнейшее составляющее российского менталитета — «было б только с кем поговорить» — сполна реализуется в чате (сhat). Chat (а по-русски: просто треп в реальном времени с другим, подсевшим на сеть индивидуумом) — одно из самых захватывающих развлечений Интернета. В треп уходя с головой, «чайник» в обыденной жизни бродит как тень. Иллюзорная близость с компьютерным собеседником приятно будоражит его кровь и пробуждает воображение. Он решается на встречу с интернет-партнером в реале, но ее исход может быть самым неожиданным. 